Б Соколов - Булгаков

"Главком (С. С. Каменев (1881-1936). - Б. С.) считает Слащева ничтожеством. Я не уверен в правильности этого отзыва. Но бесспорно, что у нас Слащев будет только "беспокойной ненужностью". Он приспособиться не сможет. Уже находясь в поезде Дзержинского, он хотел дать кому-то "25 шомполов".

Материалы в региструпе о Слащеве большие (речь идет о документальных свидетельствах преступлений С., собранных в регистрационном управлении Реввоенсовета - так тогда называлась военная разведка. - Б. С.). Наш вежливый ответ (рады будущим работникам) имеет пока что дипломатический характер (Слащев еще собирается тянуть за собой генералов).

Книжку Раковского (имеются в виду воспоминания Г. Н. Раковского "Конец белых. От Днепра до Босфора (Вырождение, агония и ликвидация)", вышедшие в Праге в 1921 г. и хорошо известные Булгакову; там, в частности, приведена характерная частушка "от расстрелов идет дым, то Слащев спасает Крым". - Б. С.) пришлите, пожалуйста: я не читал".

Таким образом, не раскаяние и душевный переворот, а расчет приспособиться и получить средства к существованию, а также желание иметь возможность заниматься горячо любимым военным делом (ничем другим он заниматься не умел) привели С. в Москву. В его глазах Врангель был виноват уже тем, что проиграл Крым и лишил С. возможности сражаться во главе войск против большевиков, и только во вторую очередь - тем, что изгнал С. из армии. Это вполне отразилось в книге "Требую суда общества и гласности", где П. Н. Врангель, А. П. Кутепов (1882-1930), П. Н. Шатилов (1881-1962) и другие генералы обвинялись не в качестве носителей порочной белой идеи и пособников Франции и других иностранных держав (как это было во второй книге С.), а за то, что допустили катастрофу в Крыму и окончательно погубили белое дело. С изданной в Константинополе книгой С. Булгаков был хорошо знаком. В ней приводился константинопольский (стамбульский) адрес С.: "квартал Везнеджилер, улица Де-Руни, дом Мустафа-Эффенди, № 15-17". В булгаковской повести "Дьяволиада", написанной в 1923 г., еще до знакомства с побывавшей в Константинополе Л. Е. Белозерской, одно из заметных действующих лиц, секретарша советского начальника товарища Чекушина Лидочка де-Руни, носит такую фамилию, несомненно, в связи с книгой С.

Вопреки опасениям Троцкого, С. в СССР удалось приспособиться и даже сделать карьеру. По прибытии на родину он заявил, как сообщалось в гельсингфорсской газете "Путь" 26 ноября 1921 г.: "Не будучи сам не только коммунистом, но даже социалистом - я отношусь к Советской власти как к правительству, представляющему мою родину и интересы моего народа. Она побеждает все нарождающиеся против нее движения, следовательно, удовлетворяет требованиям большинства. Как военный, ни в одной партии не состою, но хочу служить своему народу, с чистым сердцем подчиняюсь выдвинутому им правительству". 20 ноября 1921 г. "Известия" опубликовали обращение С. к офицерам и солдатам армии Врангеля: "С 1918 года льется русская кровь в междоусобной войне. Все называли себя борцами за народ. Правительство белых оказалось несостоятельным и не поддержанным народом белые были побеждены и бежали в Константинополь. Советская власть есть единственная власть, представляющая Россию и ее народ. Я, Слащев-Крымский, зову вас, офицеры и солдаты, подчиниться Советской власти и вернуться на Родину". С. был популярен, многие поверили ему и амнистии ВЦИК, объявленной 3 ноября 1921 г., рассудив, что, если простили преступления С., то более мелкие вообще не будут ставить в строку. В действительности, в отличие от С., многие из вернувшихся, особенно если речь шла о не очень известных лицах, были репрессированы. С. же с июня 1922 г. стал преподавателем тактики, а в 1924 г. сделался главным руководителем преподавания тактики в Высшей тактически-стрелковой школе командного состава "Выстрел". По некоторым сведениям, С. преподавал и в Высшей школе ОГПУ. В 1924 г. вышла книга С. "Крым в 1920 г: Отрывки из воспоминаний", ставшая главным источником Булгакова при создании образа Хлудова в пьесе "Бег". 11 января 1929 г. С. был застрелен на своей квартире курсантом "Выстрела" Б. Коленбергом, мстившим за брата, казненного по приказу С. Убийство С. освещалось в газетных сообщениях. Не исключено, что гибель прототипа повлияла на появление вариантов финала "Бега", где Хлудов кончал с собой. По одним данным, Коленберг получил тюремный срок за убийство, по другим был признан психически невменяемым. Не исключено, что ОГПУ помогло мстителю найти свою жертву, поскольку уже через год, в 1930 г., под личным руководством тогдашнего главы этого ведомства В. Р. Менжинского (1874-1934) была проведена операция под кодовым названием "Весна", в ходе которой было арестовано около 5 тыс. бывших царских и белых офицеров, служивших в Красной Армии, а еще с середины 20-х началось их ускоренное увольнение в запас. С., в связи с поднятым вокруг его имени шумом, было бы неудобно арестовать или отставить от службы. Возможно, что ОГПУ решило избавиться от него другим способом - руками Коленберга. Посмертно, в 1929 г., была издана книга С. "Мысли по вопросам общей тактики: из личного опыта и наблюдений". Кроме того, С. опубликовал ряд статей в советской военной периодике и сборниках. В "Мыслях по вопросам общей тактики" заключительная фраза очень точно выразила военное, да и жизненное, кредо С.: "В бою держитесь твердо своего принятого решения - пусть оно будет хуже другого, но, настойчиво проведенное в жизнь, оно даст победу, колебания же приведут к поражению".