Игорь Ефимов - Бермудский треугольник любви

БАС: Анна понимала, что, соглашаясь выполнить просьбу отца, она рискует причинить боль матери и вынуждена будет покрывать ложью или умолчанием происходящее в Белом доме. И всё же она сказала "да". Закончив встречу с Де Голлем, приезжавшим в Америку обсудить военную ситуацию после высадки союзников в Нормандии, Рузвельт приказал отвезти себя к дому 2238 на Кью-стрит. Анна сделала всё необходимое, чтобы проникновение президента и его "старинной приятельницы" в личные аппартаменты прошло незаметно.

ТЕНОР: Перед ней предстала высокая красивая женщина, которую она смутно помнила с детских лет как секретаршу матери. Женщина была полна очарования, её речь и манеры завораживали. Но особенно Анну поразило то, как преобразился её отец в присутствии Люси. Лицо его посветлело, озорные искры мелькали в глазах, заразительный смех звучал так, будто ему удалось сбросить с плеч десяток прожитых лет.

БАС: На самом же деле труды президентства и бури войны расшатали здоровье Рузвельта. Хотя американцы теснили врага и в Европе, и на Тихом океане, было ясно, что победа и там, и там, потребует ещё многих жертв. В этих обстоятельствах президент считал своим долгом работать без отдыха, хотя врачи требовали, чтобы он чаще давал себе передышку.

ТЕНОР: Летом 1944 года его давление поднялось до критического уровня: 218 на 120. Тяжёлый артериосклероз мешал нормальному снабжению мозга кислородом. У него случались провалы памяти, иногда он путал имена. Принимались меры, чтобы эти сведения не просочились в прессу. Также под покровом тайны оставалось число сигарет, выкуриваемых Рузвельтом ежедневно.

БАС: Несмотря на ухудшение здоровья, Рузвельт согласился на требование Сталина провести очередную встречу лидеров трёх стран на территории СССР. Советский диктатор заявил, что он не может покинуть свою страну в такой ответственный момент. Американскому президенту-инвалиду пришлось проделать путешествие в семь тысяч миль — на поезде, на корабле, в самолёте, в автомобиле — по кошмарным крымским дорогам зимой. Многие потом осуждали его за то, что на конференции в Ялте он не занял более жёсткую позицию, что, например, согласился на включение Литвы, Латвии и Эстонии в состав Советского Союза. Но у Рузвельта была одна главная цель: добиться от Сталина обещания, что после победы над Гитлером он двинет свои армии на Дальний Восток. В феврале 1945 года разработка атомной бомбы ещё не была завершена, японцы отбивались отчаянно. Военные аналитики подсчитали, что вторжение на территорию Японии будет стоить жизни полумиллиону американских солдат. Вступление России в войну могло бы заметно приблизить победу.

ТЕНОР: Дочь Анна сопровождала отца в Ялту и по мере сил старалась оберегать его от лишних забот и огорчений. Но по возвращении в Америку их встретила Элеанор, у которой накопилась гора благородных дел и проектов, требовавших немедленного президентского решения. Каждый день она вела свою битву против нищеты, неравноправия, расизма, эксплуатации, трущоб — неужели Франклин откажется поддержать её? В какой-то момент за очередным семейным обедом Анна сказала: "Мама, ты разве не видишь, что у папы силы на исходе? Он нуждается в отдыхе как никогда". Дочь понимала, как важны были для постаревшего больного просветы полного расслабления, беззаботности, веселья. И она знала, кто мог внести в его жизнь эти просветы. Поэтому сразу после отъезда Элеанор в турне по южным штатам, Люси Разерфорд начала появляться в Белом доме чуть не каждый день.

БАС: Её муж умер год назад, забота об умирающем больше не лежала на ней тяжёлым бременем. Теперь она могла отдавать всё внимание человеку, которого любила двадцать восемь лет. С ней Рузвельт не только расслаблялся и отвлекался, но мог и, не боясь критического брюзжания, делиться своими заветными политическими планами: создание Организации объединённых наций, вовлечение России в войну с Японией, помощь послевоенной Европе. Весной 1945 года Люси уговорила Франклина разрешить её приятельнице, русской художнице Шуматовой, написать его портрет. Было решено, что обе дамы приедут в Ворм Спрингс в начале апреля, когда президент прибудет туда на отдых. Предназначенный для них коттедж накануне их приезда мыли и чистили два дня, в каждой комнате стояли вазы со свежими цветами.

ТЕНОР: Люси нашла президента сильно исхудавшим. Кожа лица и шеи имела сероватый оттенок, пальцы дрожали, когда он пытался, как всегда, готовить коктейли для гостей. Тем не менее он встретил приехавших радушно, вечерами веселил их рассказами о встречах с Черчиллем, де Голлем, Эйзенхауэром. Послушно позволял художнице накидывать на его плечи то мантию, то пелерину, поворачивался лицом к свету, переезжал в кресле на то место, которое она указывала. Одновременно диктовал своему помощнику планы своих поездок на ближайшие дни: "Через неделю еду в Вашингтон, там 19-го апреля устраиваем обед для губернатора Ирака… На следующий день — поездом в Чикаго, оттуда — в Сан-Франциско, где мне предстоит сказать речь перед ООН… Потом — навещаю внуков в Сан-Диего…". Помощнику запомнился отрывок из чернового наброска речи: "Наш труд, друзья, не должен закончиться с концом войны. Строительство мира без войн — вот наша главная задача".