Федор Раззаков - Страсть

«Я сижу перед камерой вместе с партнером Савелием Крамаровым.

– Вечером чего делаешь? – спросил Савва.

– А что?

– Пойдем в «Лондонскую», в ресторан. Девочек склеим.

– Пойдем, – испугался я.

Это теперь одесские девочки работают исключительно за валюту, а тогда брали в рублях, а то и харчами. Та, с которой мы познакомились, согласилась на ужин. Ужин в «Лондонской» – это тебе не хухры-мухры! Туда еще попасть надо. Ресторан «Интурист», только для иностранцев. За иностранца выдавал себя Савва. За болгарина. Я же представился переводчиком с болгарского на русский. Очевидно, мы были достаточно убедительны – швейцар поверил. Он, видимо, не был кинолюбителем, да и Крамарова тогда еще не очень узнавали на улицах. Наша очаровательная спутница ужином осталась довольна и в завершение «кинула» нас, отлучившись на минутку под благовидным предлогом. Говоря по-русски, просто сбежала. Савелий слегка огорчился. Я сделал вид, что тоже, а на самом деле вздохнул с облегчением».

В начале 60-х Крамаров развелся с Людмилой и какое-то время пребывал в роли холостяка. Затем на его горизонте появилась женщина Маша. Он познакомился с ней 8 марта 1964 года в Доме отдыха ВТО в Рузе, в баре «Уголек». Крамаров приехал туда на 12 дней, чтобы отдохнуть и набраться сил перед очередными съемками, и совсем не предполагал встретить там девушку своей мечты. На легкий флирт он, может быть, и рассчитывал, но только не на брак. А что вышло? Он влюбился в Машу с первого взгляда и практически весь отпуск не отходил от нее ни на шаг: они вместе катались на лыжах, вместе сидели в столовой и расставались только ночью. Пишет В. Стронгин: «В Маше Савелий почувствовал более серьезного, более культурного и более знающего человека, чем он. А она распознала его наивность и чистоту души, которые проглядывали и в жизни, и с экрана. Маша попыталась придать его героям в кино более интеллигентный вид. «Зачем на экране ты задираешь нос и говоришь грубовато, иногда даже нахально? – удивлялась она. – Ведь в жизни ты добрый и нежный человек». – «Иначе пропадет комический эффект, – объяснял он ей. – У каждого актера, особенно у комика, должна быть своя маска». Она внутренне не соглашалась с ним, но не спорила…»

Молодые поженились вскоре после своего знакомства. Жили сначала у Крамарова в коммуналке, затем переехали к родителям Маши на Беговую: там у молодоженов была пусть маленькая, но зато изолированная комната. Маша очень хотела ребенка, но Савелий был категорически против. Он считал, что рожать ребенка в таких условиях противопоказано. «У нас же одна комната! – кипятился он. – Пусть немного лучше, чем в коммуналке, но ведь не настолько, чтобы заводить еще одного члена семьи! Помнишь, у нас в коммуналке был Жванецкий, который сказал, что там нельзя родить даже тексты для выступлений, не говоря уже о ребенке? Здесь то же самое. Вот когда у нас будет три комнаты, няня, вот тогда и родим».

В начале 70-х, когда слава Крамарова достигла заоблачных высот, супруги сумели улучшить свои жилищные условия: переехали в отдельную квартиру возле кинотеатра «Форум», что на Садовом кольце. Теперь можно было уже подумать и о потомстве, но возникло новое препятствие – отношения между супругами сильно испортились. Толчком к этому послужила история, которая случилась во время их поездки на теплоходе по Москве-реке. Там Крамаров, как всегда, пользовался повышенным вниманием со стороны женской части пассажиров, и одна из этих особ сумела вскружить ему голову. Прямо во время танцев на палубе она схватила его за руку и увлекла за собой в каюту. Будучи навеселе, Крамаров не устоял перед ее натиском, хотя рядом находилась его жена. Маша все это видела, но предпочла не вмешиваться. Савелий отсутствовал около двух часов. Потом вернулся и сел за один столик с женой. Увидев мужа, та разревелась. И хотя Крамаров буквально на коленях сумел вымолить у жены прощение, однако простить его до конца Маша так и не смогла. Спустя какое-то время они расстались. Говорят, инициатором разрыва был Крамаров, который посчитал, что их брак исчерпал себя и что ему надо начинать личную жизнь с чистого листа, благо претенденток на его руку и сердце теперь было более чем достаточно.

Получив развод, Крамаров сломя голову бросился в холостяцкие загулы. Иной раз он приезжал на съемки своего очередного фильма в сопровождении одной, двух, а то и трех любовниц. Хотя Аленом Делоном никогда вроде бы не был. Вот как об этом вспоминает актриса Надежда Репина, которая в сентябре 1973 года снималась с Крамаровым в фильме «Звезда экрана» (кстати, из всего актерского коллектива самые крупные гонорары были там у Михаила Пуговкина (2050 рублей) и у Крамарова (1950 рублей):