В. Дайнес - Чапаев

— В этом ли соль, Василий Иванович? — попыхивая дымком, спросил он. — И умные бывают амбициозные. А в этом смысле я о нем ничего не знаю.

Ни слова не говоря, Чапаев снова склонился над картой. Десятки мелочей, добытых разведкой, говорили за то, что Войцеховский уходит из‑под задуманного удара и развертывает корпус для броска во фланг 25–й дивизии.

— С дворянским гонором, значит? — переспросил Чапаев. — А тебе ясно, комиссар, что ждет нас, если мы выполним вчерашний приказ? — И он провел резкую черную стрелу, перечеркивая красный контур своих бригад. — Я думаю, каждому должно быть это ясно–понятно, если он не последняя контра. А если кому и неясно, так я из‑за этого своих бойцов понапрасну тратить на погибель не буду!.. И белую шкуру Войцеховского трепать не перестану! Вот так! — Он ходил гибкой, кошачьей походкой из угла в угол по комнате. — И не верю я, что командарм–пять из‑за гонора–амбиции будет настаивать на приказе, не хочу верить! — Чапаев ударил кулаком по хрустнувшему столику. — Михаил Васильевич о нем упоминал по–доброму, а уж он людей понимает. Ну а если…

Фурманов с глубоким удовлетворением глянул на Чапаева, кивнул.

— Ну а если… Главное, перед революцией мы будем правы. Значит, можно доказать.

Чапаев вскинул на него при слове»мы»глаза.

— Пиши приказ, — решительно обернулся он к Луговенко. — Учитывая новую обстановку, задание всем бригадам меняем…

— Но, Василь Иванович…

— Вот тебе и»но». Чтобы через полчаса новый приказ был составлен: семьдесят третью — сюда, семьдесят четвертую — сюда, семьдесят пятую — нацель сюда. — Он энергично провел три красные линии на северо–восток. — А как отправишь приказ по бригадам, от моего имени напиши командарму Пятой.

Объясни, что нами установлен отход корпуса Войцеховского с прежнего места. Выполнение вашего приказа приведет наш удар на пустое место и поставит дивизию под контрудар белых по правому флангу. Вот почему и просим вашего изменения приказа по армии в таком‑то смысле. Он поймет, должен понять! А нет — пускай летит одна голова Чапаева, чем десять тысяч голов, потребных для мировой революции. Ясно? Выполняй!

— Василь Иванович, ставь и мою подпись, — все так же попыхивая трубкой, мягко сказал Фурманов. — Уж пусть летят две головы вместе, чего ж порознь?

— Так ведь и моя голова что‑то весит, — весело добавил Луговенко. — Не серчай, Василь Иванович, но и я подпишу твое письмо.

— Вот и хорошо, — как‑то трудно, с глубоким раздумьем и без свойственной для него живости согласился Чапаев, — на миру и смерть красна. Значит, через полчаса вернусь, подпишу приказ…»

Итак, командующий 5–й армией приказал 25–й стрелковой дивизии наступать на Бугульминском направлении, то есть на северо–восток. Это решение поддержал и командующий Южной группой армий. В качестве доказательства приведем выдержку из разговора по прямому проводу 5 мая между членом РВС Южной группы армий Ф. Ф. Новицким и М. Н. Тухачевским.

«Новицкий: Здравствуйте, товарищ Фрунзе просил меня обменяться с вами мыслями по поводу происходящего у вас на фронте бугурусланской группы. Сам он вызван фронтом и сейчас разговаривает с Лебедевым (П. П. Лебедев, начальник штаба Восточного фронта. — Авт.) как раз по поводу того же, что он хотел сообщить вам, что его чрезвычайно волнует, причем это обстоятельство, то есть его волнение, он усиленно просил меня подчеркнуть в разговоре с вами. Дело в том, что после нанесения на карту последнего вашего расположения выходит, что наш фронт имеет уже теперь вид выпуклой к северу дуги, что объясняется сильным опаздыванием в выдвижении флангов, между тем как мы все отлично сознаем необходимость получения как раз обратного явления, то есть дуги, но вогнутой к югу с резко выдвинутыми вперед, то есть к северу, концами.

Помимо других причин товарищ Фрунзе склонен объяснять такое неблагоприятное для нас положение, быть может, отсутствием достаточной энергии и сознания общей обстановки у начальников фланговых дивизий. Чтобы облегчить вам подталкивание этих дивизий, командированы в 25–ю дивизию товарищ Баранов (помощник заведующего политотделом Южной группы армий. — Авт.), а во 2–ю — товарищ Дементьев (для поручений при командующем Южной группой армий. — Авт.) с приказаниями нажимать на все кнопки от имени командования группой, дабы ваши приказы выполнялись точно с полной энергией так, как того требует оперативная обстановка, имея целью не оттеснение противника, а полный его разгром и уничтожение путем глубоких охватов с обоих флангов.