Дэвис Хантер - The Beatles

Элвис Пресли прислал ребятам поздравительную телеграмму. На следующее утро газета «Гералд трибюн» сообщила, что «Битлз» состоят из «75 процентов рекламы, 20 процентов стрижки и 5 процентов музыкальных стенаний». «Дейли ньюс» писала: «Телодвижения и кошачьи концерты Пресли - это холодная травяная настойка по сравнению со стасорокаградусным эликсиром, которым угостили нас «Битлз».

Ни одна газета не обошла группу своим вниманием. Аналитические статьи были пространны и сложны. Состоялась еще одна большая пресоконференция.

– Вы уже выбрали звезду на женскую роль в вашем фильме?

– Мы хотим уговорить королеву. Билеты раскупят сразу, - ответил Джордж.

Один из критиков рассказал, что нарушил неукоснительно соблюдаемое правило и в субботу сидел перед телевизором, чтобы увидеть «Битлз». «Переходная фаза, - сказал он. - У них есть все симптомы неуверенности и путаницы, в которой мы сейчас живем». «Битлз» сели в поезд и отправились в Вашингтон.

– То, что творилось в Штатах, нисколько не отличалось от Великобритании, - вспоминает Ринго, - только в десять раз сильнее. Или, наоборот, вовсе не как в Великобритании, потому что в Вашингтоне нас встречали двадцать тысяч человек, а дома мы привыкли к двум тысячам.

В вашингтонском «Колизее», где состоялся первый концерт «Битлз» на американской земле, обычно проводятся соревнование по боксу или футбольные матчи. «Битлз» поместили на вращающуюся сцену - так, чтобы все могли их видеть. Со всех сторон в них летели леденцы.

– Это было ужасно, - рассказывает Джордж, - да к тому же и больно. У них в Америке леденцы не мягкие, а жутко твердые, просто как пули. Какая-то газета выкопала старый анекдот, будто Джон жалуется, что я съел все его любимые леденцы. Джон уже и думать об этом забыл, а они все швыряют мне эту пакость.

Сэр Алек Дуглас-Хом, британский премьер-министр должен был прибыть в Вашингтон в тот же день. Но он отложил свой визит, не желая попасть в тот бедлам, который сопровождал всюду появление «Битлз».

В тот вечер они приняли первое, и последнее, приглашение на прием в посольство. Ребята уже успели отказаться от ужина с леди Диксон, женой британского посла в Париже.

– Мы всегда старались быть подальше от всего этого дерьма, - говорит Джордж. - Но на этот раз мы попались. Там было полным-полно снобов, которые нас на самом деле терпеть не могли, но им, видите ли, захотелось на нас посмотреть, раз уж мы такие знаменитые и богатые. Все это ханжество. Они просто делали паблисити своему посольству.

Рассказы о том, что точно произошло в тот вечер на приеме, отличаются друг от друга в деталях, однако Майкл Браун в книжке «О первых гастролях «Битлз» отмечает, что «поначалу все были настроены весьма дружелюбно».

– Здравствуйте, Джон, - приветствовал Леннона сэр Дэвид Ормсби-Гор (ныне лорд Харлек), когда они пришли.

– А я не Джон, - ответил тот. - Я - Чарли. Вон Джон.

– Здравствуйте, Джон, - обратился посол к Джорджу. - О я не Джон, - сказал Джордж. - Я - Фрэнк. Вот там Джон.

– О господи, - простонал посол.

Несколько пожилых дам с бокалами в руках остановили «Битлз» и попросили у них автографы. Сотрудники посольства рангом пониже стали подталкивать «Битлз», настаивая на том, чтобы они вступали в разговоры и давали автографы. «Распишитесь вот здесь», - велел один из них Джону и получил отказ. «Подпишите и, пожалуйста, не спорьте». Молодая леди подошла к Ринго, вынула из сумочки маникюрные ножницы и начала отрезать у него локон. Джон вскоре ушел, но другие остались до плачевного конца этого мероприятия. Посол и его жена выразили глубочайшее сожаление.

Положение не спасло даже обаяние Брайена. «И посол, и его супруга были очень любезны, - говорил он впоследствии. - Но прием вызвал у «Битлз» чувство отвращения. С тех пор они не приняли ни одного приглашения подобного рода».

Наконец, когда сэр Алек Дуглас-Хом прибыл на встречу с президентом Джонсоном, тот сказал ему: «Мне очень понравился ваш передовой отряд. Но вам не кажется, что им следовало бы постричься?»

«Битлз» отправились на свой нью-йоркский концерт в «Карнеги-холл», блокированные со всех сторон прессой, телевидением и поклонниками. Наиболее предприимчивые американские дельцы теперь любой ценой стремились добиться от «Битлз» подписания контрактов. Впоследствии кто-то подсчитал, что в 1964 году в Соединенных Штатах было продано товаров с именем «Битлз» на сумму 50 000 000 долларов. На прилавках появились долгоиграющие альбомы с контрабандными записями интервью, причем эти пластинки шли под маркой «Битлз», что приводило Брайена в состояние крайнего раздражения.