Стюарт провозился с лодкой всю вторую половину дня: он и так и сяк перекладывал балласт и конопатил швы, стараясь довести все до полного совершенства. Его мысли были целиком поглощены предстоящей встречей с Хэрриет. Когда наступил вечер, он достал топорик, срубил одуванчик, вскрыл банку ветчины со специями и устроил себе легкий ужин из ветчины с одуванчиковым молоком. После ужина Стюарт прилег на берегу, опершись головой о ствол папоротника, откусил кусочек еловой смолы и предался мечтам, пожевывая смолу, словно жевательную резинку. В его воображении рисовались мельчайшие подробности завтрашней лодочной прогулки. Закрыв глаза, Стюарт явственно представил себе, как Хэрриет спускается по тропинке к реке, как недвижна водная гладь, и как на берегу, в мягком вечернем свете проступают хрупкие очертания лодки. Он мысленно перебирал каждое мгновение завтрашнего вечера. Он сядет на весла и поведет лодку вверх по течению, туда, где плавает лист кувшинки. Там он предложит Хэрриет выйти и немного посидеть. Стюарт решил, что наденет под брюки плавки, чтобы быть готовым в любую минуту нырнуть в холодный поток. Он проплывет кролем вверх и вниз по течению и вокруг кувшинки, а Хэрриет будет смотреть на него и восхищаться тем, как он плавает. (Когда Стюарт дошел в воображении до этого места, его челюсти заработали с удвоенной скоростью.)
Внезапно Стюарт открыл глаза и выпрямился. Он вспомнил о своем письме и подумал: а вдруг оно не дойдет? Письмо такое маленькое, его могут просто не заметить в почтовом ящике. Стюарт не на шутку встревожился. Вскоре, однако, его мысли вернулись в прежнее русло. Где-то на противоположном берегу запел козодой, на землю спустились сумерки, и Стюарт погрузился в сон.
На следующее утро небо затянули облака. Стюарту надо было съездить в город сменить масло в автомобиле, так что он покрепче привязал лодку к камню, а сверху забросал ее листьями. Затем он отправился по своим делам, не переставая думать о Хэрриет и мечтая о том, чтобы наладилась погода. Но небо было пасмурно, и все предвещало дождь.
Стюарт вернулся из города с головной болью, но понадеялся, что к пяти часам ему полегчает. Он нервничал, ему ведь никогда не приходилось катать девушку на лодке. Он то ложился отдохнуть, то примерял одну за другой рубашки, стараясь понять, которая ему больше к лицу, и непрестанно расчесывал усы. Стюарт так волновался, что не успевал надеть свежую рубашку, как под мышками тотчас появлялись мокрые пятна и нужно было снова переодеваться. Он сменил рубашку в два часа, затем в три, затем еще раз в четверть пятого. На это ушло почти все время. Чем ближе к пяти, тем больше Стюарт нервничал. Он суетился, то и дело поглядывал на часы, расхаживал взад и вперед по тропинке, причесывался, разговаривал сам с собой.
Скоро заметно похолодало, и Стюарт понял, что дождя не миновать. Он решительно не знал, что будет делать, если Хэрриет придет кататься на лодке, а тут как раз хлынет дождь.
Наконец наступило пять часов. Стюарт услышал, как кто-то спускается по тропинке. Это была Хэрриет. Она приняла приглашение. Стюарт со всех ног бросился к пню, уселся и напустил на себя непринужденный вид, словно всю жизнь только и делал, что встречался с девушками. Он дождался, пока Хэрриет подойдет поближе, и встал ей навстречу.
— Добрый день! — сказал он, стараясь унять дрожь в голосе.
— Вы — мистер Крох? — спросила Хэрриет.
— Да, это я. Очень любезно с вашей стороны, что вы пришли, — отвечал Стюарт.
— А с вашей стороны было очень любезно меня пригласить, — проговорила Хэрриет. Она была одета в белый свитер, твидовую юбку, белые шерстяные носки и спортивные туфли. Голова повязана ярким платком. Еще Стюарт заметил, что Хэрриет держала в руках коробочку мятных леденцов.
— Что вы, что вы, я так рад, — затараторил Стюарт. — Жаль только, что погода испортилась. По-моему, сегодня большая влажность, не правда ли? — Стюарт старался произносить слова с аристократическим британским выговором.
Хэрриет взглянула на небо и кивнула.
— Что ж поделаешь, — произнесла она, — уж если дождь пойдет, значит, так тому и быть.
— Да, это точно, — согласился Стюарт, — если пойдет, значит, так тому и быть. Лодка там на берегу, совсем недалеко отсюда. Вы позволите помочь вам? Дорога здесь не очень ровная.
Стюарт просто хотел быть вежливым, но Хэрриет заявила, что не нуждается в помощи. Она была спортивная девушка и не боялась споткнуться и упасть. Стюарт зашагал к тому месту, где он спрятал лодку, а Хэрриет шла вслед за ним. Но когда они оказались у цели, Стюарт в ужасе обнаружил, что лодки нет на А№сте. Она словно испарилась!
Читать дальше