1 ...6 7 8 10 11 12 ...37 – Шейли, у тебя отлично получается!
Плотно сжимаю губы. Её слова режут слух. Внутри всё трясётся от негодования и боли. Я начинаю мысленно вести отсчёт, пытаясь успокоиться. Но спотыкаюсь на цифре шесть.
– Полагаю, в этот раз образы получились достаточно реалистичными, да?
Рейчел тяжело сглатывает, глядя мне прямо в глаза. Напряжение между нами растёт, а может быть, это стена непонимания, боли и старых обид?
– У тебя отлично получается, – на автомате повторяет она сдавленным бесцветным голосом. – Ты должна продолжать.
– Ну если ты так думаешь, – едко замечаю я. – Об этом тоже можешь поговорить с Гарольдом!
– Шейли, прости, я не специально. Просто так вышло. В издательстве текучка, нам нужны хорошие редакторы, а лучше тебя я никого не знаю.
Свернув листы в тугую трубочку, постукиваю ими по бедру. Глухой шелест страниц помогает мне успокоиться и продолжить счёт.
«…семь, восемь, девять»
Всё это уже в прошлом. Я давно уже зарыла топор войны. Не время поднимать его сейчас. Только не сейчас.
«…десять, одиннадцать, двенадцать»
Она не специально. Она мне не враг. Она моя подруга. Единственная подруга.
– Прости, я не должна была…
– Не должна была. И больше ты этого делать не будешь. В издательство я не вернусь, никогда. Тема закрыта, – перебиваю её я, кивая головой в сторону гостиной. – Мне лучше сесть.
– Ты лекарства пила? – буднично спрашивает Рейчел, будто мы только встретились.
– Да, когда собирала Патрика в школу.
– Улучшений так и нет?
– Никаких.
– Ну и чёрт с этим, можно подумать, восемнадцатое августа – это единственное, что ты не можешь вспомнить, – хмыкает Рейчел, пожимая плечами. – Я уже давно привыкла к твоим краткосрочным провалам в памяти. Так что расслабься и живи дальше!
– Это другое, – упрямо заявляю я, кусая губу.
«Амнезия или провалы в памяти – это широко известный признак алкогольной болезни», – прочитала я в медицинском справочнике, спрятавшись за высокими стеллажами школьной библиотеки. Мне тогда было не больше десяти лет, и дома меня ждала мать с дикими перепадами настроения и до безобразия услужливой памятью. Вечером она могла кричать и наказывать меня, ломать игрушки, рвать книги и тетради, а утром, когда кризис миновал, как ни в чём не бывало заходила в мою спальню, искренне удивляясь погрому и моему опухшему от слёз лицу.
Я не понаслышке знаю, что такое алкогольная амнезия, но это не про меня. У меня нет таких провалов в памяти. Я бы заметила…
– Рейч, знаешь, до вчерашнего дня я, наверное, была готова притвориться, будто этого дня никогда и не было в моей жизни. Да и что такого примечательного могло случиться в тот день? Моя жизнь уже давно похожа на день сурка, так что я, чёрт возьми, теряю? Ах да, авария, но и тут всё просто замечательно. Многие мечтают о том, чтобы стереть из памяти ужас и страх таких событий, а у меня всё вышло само собой. Ретроградная амнезия – это прям подарок судьбы!
– И что же изменилось вчера?
– Я узнала о Зоуи Мейер.
– И что из этого? С чего ты вообще взяла, что именно её видишь в кошмарах? Мало ли у кого может быть такая татуировка, мало ли что нам может присниться, – фыркает Рейчел, делая глоток из своего бокала. – Ну и не стоит всё-таки сбрасывать со счетов скрытые таланты, моя бабушка мне как-то рассказывала про…
– Нет, у меня нет никаких способностей, зато у меня есть дыра в памяти. День, в который я могла видеть эту девушку живой. Что, если так и было, и поэтому теперь она приходит ко мне во снах? Что, если я её действительно видела? Что, если я могла её спасти? – срывается с языка, и я чувствую, как всё внутри сжимается от страха. – Я должна вспомнить, что случилось в тот день.
***
Я обещала Рейчел немного поспать, но прежде чем шагнуть в царство Морфея, я захожу на кухню и наливаю себе бокал вина. Пилюли, что я ежедневно принимаю по утрам, вступая в токсичную реакцию с алкоголем, дарят мне лёгкость и чувство эйфории. А это как раз то, что мне так необходимо сейчас.
Врата властелина сна распахиваются, едва моя голова касается подушки. Краски меркнут, и в душе наступает покой. Чарующее чувство лёгкости и полета. Энергия проходит через моё тело. Я чувствую прилив сил. Вылетаю из темноты – и я снова лежу на больничной кровати. Меня только что перевели из реанимации в палату. Из рук торчат разные трубки. Я дрожу от холода или всё больше от страха, потому как не понимаю, что происходит. Нагнетает обстановку и монотонно тикающий компьютер у меня за спиной. Пытаюсь пошевелиться, но, кажется, я прикована к кровати. Тошнота поднимается к горлу. Я сдаюсь.
Читать дальше