Сэм Холланд - Человек-эхо

Джесс опасливо открывает дверь.

В полуподвальной квартирке всего одна большая комната; за дверью слева, судя по всему, – ванная с туалетом. Голые кирпичные стены, деревянные полы, но есть несколько ковриков и мягкий диван. У дальней стены – простенькая кухонька, справа от нее – двуспальная кровать. В углу свалена большая куча разномастных гантелей.

Гриффин уже опрокинул один из стульев; у самого входа о стену разбита бутылка пива, темная жидкость стекает по кирпичам. Он ревет и молотит костяшками судорожно сжатых пальцев в стену перед собой, а потом стучит по кирпичам воздетым вверх кулаком. Безостановочно кричит, и она бросается к нему, повисает у него на руке, пытаясь остановить.

Он резко оборачивается – кулак практически нацелен ей в голову. Джесс чувствует, как напряжены его мускулы, какая сила скрывается в его руках. Вцепившись в него, она может лишь кое-как держаться на ногах, чтобы не быть отброшенной на пол. Лицо его перекошено от гнева.

Гриффин смотрит прямо на нее. В глазах у него – полная пустота. Ни узнавания, ни чего-то хотя бы отдаленно человеческого. Только чистый гнев. Он напирает, прижимая ее к стене, загоняя в угол. Другой рукой хватает ее за запястье – Джесс чувствует, как его пальцы впиваются ей в плоть, – и она отпускает его руку. Ее тело переполняет адреналин, но на сей раз не от страха. Это нечто другое. Это некий прилив энергии. Она в таком же гневе, как и он. Вот уже обе ее руки в крепком захвате, вздернуты вверх по бокам от головы. Она чувствует спиной и затылком грубые кирпичи. Пытается из всех сил оттолкнуть его, но он не дает ей двинуться, его лицо в каких-то дюймах от ее собственного.

Джесс тяжело дышит, чувствует, как бешено колотится его сердце. Смотрит ему прямо в глаза, но все, что видит сейчас перед собой, – это кровь. Дыры в мертвых телах, сочащиеся красным. Это неродившееся дитя, неродившееся дитя …

И тут ее рот крепко прижимается к его рту. Без всякого изящества – просто клацнувшие друг о друга зубы, его щетина у нее на коже, его язык у нее во рту. Гриффин отвечает на поцелуй, его руки лезут ей под одежду. Они кажутся ледяными на ее теплой коже, и она делает то же самое с ним – запускает руку ему под рубашку. Тело у него крепкое, грубое, и Джесс хочет его – просто чтобы почувствовать что-то, хоть что-нибудь, чтобы выбросить все эти мысли из головы.

Стряхивает с ног кроссовки, чувствует, как его руки стягивают с нее спортивные штаны вместе с трусами. Его зубы ударяются о ее губу, и на миг она чувствует вкус крови. Одна его рука сползает по бедру, другая…

Джесс резко втягивает воздух. О господи! Резко прижимается к нему, чувствует его губы у себя на шее, на ключицах. Стаскивает с него рубашку, потом возится с ремнем и джинсами, все еще ощущая внутри себя его пальцы – дразнящие, отвлекающие от всего на свете…

Но тут Гриффин вдруг резко останавливается. Отдергивается от нее, и они встречаются взглядами.

Что-то изменилось. Он мотает головой, все еще задыхаясь, отступает на шаг.

– Нет. Нет, нам нельзя… – бормочет Гриффин, обращаясь чуть ли не к полу. Отворачивается, подтягивает джинсы, потом подхватывает рубашку и пачку сигарет со стола и быстро выходит из квартиры.

Джесс смотрит, как закрывается дверь. Стоит, прислонившись к стене, не в силах двинуться с места. Ей это нравилось, она хотела этого! Чтобы почувствовать хоть что-то, помимо этой бездонной отчужденности от реального мира.

Но что-то его остановило. Джесс опять натягивает спортивные штаны, прежде чем рухнуть на кровать. Смотрит в потолок. Думает, что должна бы испытывать чувство вины, стыд, да что угодно – за то, что поступила так чуть ли не сразу после смерти Патрика, – но не ощущает ничего, кроме обиды на то, что он ее отверг. «Вот какая я дрянь, – думает она. – Вот почему он меня не трахнул. Даже такие мужчины, как этот Гриффин, не хотят меня!»

Дверь открывается, и в потоке холодного воздуха в комнату опять входит хозяин квартиры. Смотрит на нее.

– Джессика… – начинает он, но она резко перебивает его:

– Просто Джесс. И я сейчас не хочу с тобой разговаривать.

Гриффин кивает.

– Меня это вполне устраивает.

Он пристраивается рядом с ней на кровати, снимает через голову рубашку и ложится на бок, отвернувшись от нее. Натягивает на себя одеяло. На левой руке у него что-то поблескивает, и Джесс впервые замечает обручальное кольцо. Так вот что его остановило… Но тогда почему же он живет здесь?

Она не может сейчас об этом думать. Вдруг наваливается жуткая усталость, и Джесс опускает голову на подушку. Хоть Гриффин ее и отшил, но вроде как он не против того, что она лежит в кровати рядом с ним, и она этому рада.