Дин Кунц - Странный Томас

— Это всего лишь теория, — покачала головой Сторми.

— Я ничего не могу доказать, но знаю, что это правда. Нутром чую.

— Я всегда исходила из того, что думаешь ты не головой. — Тон Сторми изменился, настойчивость, где-то даже злость, ушли, уступив место смирению и любви.

— Будь я твоей матерью, я бы надрала тебе уши, — улыбнулась Терри.

— Будь ты моей матерью, меня бы здесь не было.

Эти женщины были мне самыми дорогими, каждую я любил по-своему, вот и отказ в том, что они от меня хотели, дался мне с трудом, пусть я и знал, что поступаю правильно.

Свечи окрашивали наши лица в золотистый свет, обе с тревогой смотрели на меня. Словно женская интуиция позволяла им увидеть недоступное даже моему шестому чувству.

Из динамиков проигрывателя си-ди Элвис вопрошал: «Тебе одиноко сегодня?»

Я посмотрел на часы.

— Уже пятнадцатое августа.

И когда начал подниматься, Сторми не остановила меня. Тоже встала.

— Терри, я думаю, тебе придется искать мне замену на завтра. Или попроси Поука выйти в первую смену, если он не будет возражать.

— А что, ты не можешь одновременно готовить и спасать мир?

— Нет, если ты не хочешь, чтобы посетители твоего ресторана ели подгоревший бекон. Извини, что не предупредил заранее.

Терри проводила нас до двери. Обняла Сторми, потом меня. Подергала меня за ухо.

— Чтобы послезавтра с самого утра стоял у плиты, а не то отправлю тебя мыть посуду.

Согласно большому цифровому термометру на стене здания «Банк Америка» температура воздуха в Пико Мундо упала до относительно приемлемых 90 градусов. [47] 90 градусов по Фаренгейту чуть больше 32 градусов по Цельсию. Полночь миновала, пошло время разрешенных полетов на метлах.

Легкий ветерок дул по улицам города, то спадая, то чуть усиливаясь. Горячий и сухой, он шелестел листвой фикусов, пальм, палисандровых деревьев.

На улицах Пико Мундо царила тишина. Когда ветер стихал, мы слышали, как щелкали реле-переключатели в блоках управления светофоров на перекрестках, меняя свет с зеленого на желтый и красный и обратно.

Шагая к квартире Сторми, мы оставались начеку, ожидая, что Боб Робертсон, как черт из табакерки, выпрыгнет из-за припаркованного автомобиля или из дверной арки.

Но, кроме листвы, которую шевелил ветер, двигались разве что ночные мотыльки, кружащие вокруг уличных фонарей и улетающие от них к Луне, а может, и к Кассиопее.

Сторми живет в трех кварталах от «Пико Мундо гриль». Мы держались за руки и шли молча.

С планами на грядущий день я уже определился. Несмотря на все ее возражения, она знала, так же, как и я, что мне остается лишь одно: помогать чифу Портеру остановить Робертсона, прежде чем начнется бойня, которая снилась мне уже три года.

Новые аргументы Сторми привести не могла, старые повторять не хотелось. А разговоры ни о чем этой ночью, с учетом приближения драматической развязки, не могли доставить удовольствия.

Старый двухэтажный викторианский дом после капитального ремонта разделили на четыре квартиры. Сторми жила на первом этаже, в правой половине дома.

Мы полагали, что здесь нам с Робертсоном не встретиться. Да, каким-то образом ему удалось узнать, кто я, но едва ли он с той же легкостью мог раздобыть адрес Сторми.

Если он где-то и затаился, поджидая меня, то я поставил бы на мою квартиру над гаражом Розалии Санчес, а не на квартиру Сторми.

Благоразумие, однако, заставило нас с осторожностью войти в холл, а потом в квартиру Сторми. Там нас встретила прохлада и слабый аромат персика. Мы отсекли пустыню Мохаве, закрыв за собой дверь.

Квартира Сторми состоит из трех комнат, кухни и ванной. Включив свет, мы прямиком направились в спальню, где она держит пистолет калибра 9 мм.

Сторми вытащила обойму, убедилась, что она снаряжена патронами, вернула обратно в рукоятку.

Я боюсь любого оружия, где угодно, когда угодно, если только оно не в руках Сторми. Даже если она будет сидеть, положив палец на кнопку взрывателя атомной бомбы, я буду чувствовать себя в полной безопасности, смогу даже заснуть.

Быстрая проверка окон показала, что все они заперты, как Сторми их и оставляла.

И в ее шкафах никто не поселился, ни человек, ни привидение.

Пока Сторми чистила зубы и переодевалась ко сну, я позвонил в боулинг-центр «Дорожки Зеленой Луны» и выслушал информацию, записанную на автоответчик, о часах работы, предоставляемых услугах и ценах. Они открывались в одиннадцать часов с четверга до воскресенья и в час дня с понедельника до среды.