Он хотел крикнуть «Нет, не надо!», но у него вырвался лишь глухой стон.
Подушка исчезла. Панический страх испарился, сменившись теплым коконом блаженства.
— Кто вы, парни?
Если он сумеет их разговорить, может, удастся поторговаться. Может, им просто нужна информация.
Тот, что покрупнее, взглянул на товарища и спросил:
— Долго еще?
— Плюс-минус пара минут, — ответил тот, что поменьше.
— Это насчет медицинских записей? — спросил Тайлер.
Странно, он их больше не боялся, хотя и знал, что они собираются его убить.
Первый нагнулся над Тайлером, заглянул ему в глаза.
— А может, и меньше. Вид у него паршивый.
Тайлер проследил, как путы с его запястий исчезают, попытался поднять руку и осмотреть то место, куда вкололи шприц, но почувствовал, что не может даже разглядеть волоски на коже, сколько бы ни старался. Странно.
Сквозь туман в голове до него дошло, что ему ввели смертельную дозу наркотика. Точно так же, как Мишель, а потом Веричелли. Наркотик бомбардировал его мозг, приказывая не сопротивляться. Сначала он потеряет сознание. Потом дыхание станет неглубоким и нечастым, пока не прекратится совсем. Через несколько минут он умрет. Тайлер вновь попытался сосредоточиться на своей руке, не обращая внимания на странную щекотку на губах, и с удивлением обнаружил, что его пальцы держат шприц. Он разжал пальцы, и шприц скатился с постели. Увы. Ничего, можно потом поднять. Вместо этого он попытался подняться на локте.
— Прошу вас, не надо… Я расскажу все, что вы хотите знать.
— Знать? — Большой продолжал собирать кожаные путы. — Нам ни хрена не надо знать, — усмехнулся он.
Тайлер уронил тяжелую голову на мягкую подушку. Это было так приятно!
— Но тогда… зачем?
Странно, на них латексные перчатки.
— Ты в Бога веришь?
— Что?
— У тебя осталось секунд двадцать, а потом ты вырубишься. А дальше? Дальше ты с ним встретишься.
Убийца со смехом повернулся и вышел из комнаты вслед за другим.
Подняться Тайлер не мог, к тому же ему было уже все равно. Он утешал себя тем, что через несколько минут узнает ответ на вопрос, мучивший его на подсознательном уровне вот уже почти тридцать восемь лет.
Знакомые звуки начали проникать в теплую невесомость… Вот они исчезли… и снова появились: ритмичное электронное попискивание кардиомонитора, отдаленное бормотанье… Хирургия? «Мне надо мыть руки?» Он отчаянно пытался разобраться в звуках, осмыслить их. Если знать, что за случай, он сможет провести операцию. А может, это его вечный кошмар: он в университетском городке, через час у него экзамен по предмету, на который записался, но лекций не посещал?
— Тайлер.
Медленно поворачивая голову на знакомый женский голос, он понял, что лежит на спине с закрытыми глазами и дрейфует где-то к северу от неполной потери сознания.
— Тайлер.
Он приказал глазам открыться. Они тут же рефлекторно зажмурились от ослепительного света. Тайлер сделал еще одну попытку, на этот раз помедленнее. Лицо Джилл качалось и плыло в нескольких дюймах от него, ее глаза пристально всматривались в его лицо.
— Джилл? — прохрипел он. Сухой язык скользнул по таким же сухим растрескавшимся губам. — Воды.
Уголки ее губ дрогнули.
— Добро пожаловать в мир живых, Тайлер. Я уж начала волноваться.
Тайлер понял, что она сидит рядом с ним в комнате, показавшейся ему знакомой. Что это за комната, он понял не сразу, но в конце концов узнал палату интенсивной терапии в Медицинском центре имени Мейнарда. «Что случилось? Я попал в аварию?» Но Тайлер не ощущал никакой боли, даже дискомфорта. Ничего, кроме желания повернуться набок и промочить горло.
— Воды.
— Вот.
Она вставила белую пластмассовую соломинку ему в рот. Тепловатая вода имела привкус пластика, но это была вода. Тайлер позволил ей наполнить весь рот и только потом проглотил. Провел увлажнившимся языком по пересохшим деснам.
— Еще.
Джилл снова всунула ему в рот соломинку.
— Не торопись. Не пей слишком много. Ты же не знаешь, сколько выдержит твой желудок.
К Тайлеру стала возвращаться память. Вспомнились подробности схватки в квартире.
— Они пытались меня убить, — прохрипел он.
— Что?
Тайлер огляделся по сторонам, потом взглянул на свою руку. Место укола скрывала игла капельницы.
— Который час?
— Немного за полночь.
— За полночь? Какого дня?
Опять его голос надломился. Горло было словно забито песком. Тайлер попытался откашляться.
Читать дальше