Джон Фаррис - Похитители

— Крошка, ты не должна оправды…

Толстуха достала из шкафа свежее постельное белье и с грохотом закрыла его.

— Я сделаю все, что он мне скажет. Я сделаю все, что он захочет. Ему не приходится повторять дважды, когда ему что-то нужно. — Она замолчала, чтобы перевести дух, и расправила плечи, хватая ртом воздух. — Наверное, ты думаешь, будто у Джима что-то не в порядке. Ну что-то с головой или еще что-нибудь в этом же духе, раз он захотел жениться на мне. Если хочешь знать, я хорошая домохозяйка и прекрасно готовлю. А красавицы нередко оказываются самыми настоящими свиньями. Можешь не возражать, я перевидала достаточно таких, как ты, девчонок, и знаю, о чем говорю.

— Пожалуйста, не сердись на меня, Крошка!

— Вовсе не обязательно быть сумасшедшим или кретином, чтобы жениться на толстой девушке. — Барбара замолчала, сильно покраснела и добавила с очаровательной бесстыдной улыбкой: — Правда, полнота помогает, когда у мужика длинный член.

— Крошка!..

Толстуха бросилась к кровати, держа в руках кучу белья.

— Я еще должна заправить постель. У меня внизу миллион дел… Послушай, если тебе хочется думать, будто мы шайка ненормальных уголовников, пожалуйста! Думай о нас, что хочешь. Но мы самые нормальные люди. Мы такие же, как все остальные. Просто мы относимся к ответственности, которая лежит на человечестве, немного серьезнее, чем большинство людей.

— Крошка, отпусти меня! Отпусти сегодня… прямо сейчас! Клянусь, я ничего не расскажу фараонам. Сочиню, будто просто захотела на время исчезнуть и поэтому подстроила…

— Ну-ка хватит, Кэрол! — почти грубо оборвала ее Барбара Хендершолт. Она заправила простыни с одной стороны кровати, перешла на другую и сейчас стояла, уперев руки в бока и тяжело дыша.

— Я здесь с ума сойду! — закричала Кэрол, и Крошка бросила на нее испуганный и встревоженный взгляд.

— Эй, шшшш… не кричи. Ты же знаешь, чем могут закончиться крики, — предупредила она.

— Клянусь! — простонала Кэрол вне себя от горя. — Я никогда не скажу ни слова о…

— Слишком поздно, — прошептала толстуха и нахмурилась. Потом нагнулась и закончила заправлять постель.

Кэрол вздрогнула и вопросительно посмотрела на свою тюремщицу.

— Что слишком поздно?

Крошка взбила подушку и положила ее на кровать.

— Вот черт! — пробурчала она с таким видом, словно временами могла сердиться сама на себя или на не зависящие от нее обстоятельства. — Кэрол, в последний раз тебе объясняю: тебе придется провести с нами… еще несколько дней. Для этого существует веская причина. Сейчас возник перебор с Кэрол Уоттерсон… Если больше не хочешь кофе, я унесу поднос. На обед будет вкусный чанбуктанг. Правда, у меня нет морского уха, так что чанбуктанг будет не совсем настоящим. Но если тебе больше хочется, я могу сделать…

Крошка бросила на Кэрол взгляд украдкой, увидела у нее на лице тревогу и беспокойно вздохнула.

— Твою роль сыграла другая девушка, — объяснила она с таким видом, будто открывала и так слишком много. Потом направилась к подносу с остатками завтрака, но Кэрол, звеня цепью, преградила ей путь. — Ну, Кэрол, — взмолилась Барбара Хендершолт. — Это тоже часть плана, очень важная часть, и я ни в коем случае не должна больше тебе ничего говорить.

— Скажешь, Крошка! — таинственно произнесла Кэрол Уоттерсон.

— Не могу, хоть убей! — решительно покачала головой толстуха и попятилась назад.

— Мне кажется, что ты лжешь. Я и не знала, что ты можешь быть такой противной!

— Я не противная! — обиженно запротестовала Барбара Хендершолт.

— Тогда расскажи!

Крошка сделала еще один шаг назад и чуть не упала с платформы, на которой стояла кровать. Кэрол успела подхватить девушку, чтобы она не упала. Толстуха Барбара ужасно боялась любых падений, пусть даже с высоты в восемь дюймов. Она побледнела от страха и проглотила подступивший к горлу ком. Сейчас ей некуда было смотреть, и она была вынуждена смотреть на Кэрол.

Кэрол Уоттерсон увидела в глазах Крошки плохо спрятанную тайну. Крошка обожала тайны, но еще больше любила их рассказывать.

Кэрол надавила чуть сильнее, не пытаясь причинить ей боль. Крошка выдавила из себя улыбку.

Сейчас обстоятельства переменились, и Кэрол Уоттерсон заставила Барбару Хендершолт подойти к кровати и сесть. Она села рядом с Крошкой достаточно близко и с удовольствием почувствовала дрожь в мягком жирном теле.

— Просто не хочу, чтобы ты думала, будто я могу солгать тебе, — серьезно заявила Крошка.