Марк Олден - Власть

В конце концов под давлением людей Пао, Амандо рассказал, что юный приятель Бенджи убил Чарльза теннисной ракеткой. Ракеткой, принадлежавшей Амандо.

Перед смертью Чарльза заставили под дулом оружия рассказать правду о прошлом Нельсона Берлина. Тайна американского бизнесмена теперь была известна многим людям.

Пао не считал Фелипе ответственным за убийство Чарльза. Но Рафаэля Амандо он прощать не собирался. Инструктор по теннису не участвовал в убийстве, но он привел убийц к Чарльзу, и ему придется заплатить за это.

Вчера вечером Линь Пао распорядился организовать исчезновение Амандо, и этот приказ уже привели в исполнение. Амандо уже никто больше не увидит ни живым, ни мертвым. Жену его тоже накажут, но не сейчас, а позднее. Ею займутся через два-три года, когда она меньше всего будет ждать этого, когда она и все остальные будут думать, что все уже забыто.

Для Айвана Ху, которого побил сын ДиПалмы, смерть Чарльза стала последним шансом поправить свою репутацию. Пусть он поработает с Восьмерыми Кинжалами Севера и уничтожит сына ДиПалмы как можно скорее. Пусть он убьет и Бенджи, который был союзником сына ДиПалмы и участвовал в действиях против Линь Пао. Забудь о Зеленых Орлах. Только убей их вожака и этого мальчишку-демона, которому он служит.

Между тем возникла проблема, связанная с необходимостью найти новый путь перемещения денег на Филиппины и оттуда в компании Берлина в Азии. Информация, связывающая Пао с Берлином теперь находилась в руках ДиПалмы. До сих пор ДиПалма ничего не пытался предпринять, но это вопрос времени. Он пользовался репутацией превосходного репортера, специализирующегося на расследованиях.

Через четыре дня на Тайвань приедет Нельсон Берлин. Так хочет Линь Пао. Сегодня утром в телефонном разговоре Пао прогнозировал возражения самовлюбленного и властного Берлина, что он слишком занят, чтобы совершать поездки. Американцу приказано приехать на Тайвань, потому что он должен ответить на многие вопросы. Его сын, которого в лучшем случае можно назвать неразумным и своевольным, имел глупость соблазнить жену ДиПалмы. Берлин затем сам усугубил положение, начав подслушивать телефонные разговоры этой женщины, что дало ДиПалме лишний повод заинтересоваться делами Триады.

В результате налаженная система размещения и операций с деньгами Линь Пао в филиппинских банках, служившая ему много лет, теперь перестала действовать. Приложил к этому руку и инспектор полиции Мартин Мэки, но именно ван Рутен виноват в том, что ДиПалма остался ключевым игроком в этой игре. Пусть Берлин исправит ошибку сына и обеспечит Пао новым путем перемещения его денег по Дальнему Востоку.

Особенно Берлин огорчился, услышав, что правда о смерти его сестры теперь известна ДиПалме.

– Откуда он узнал об этом? – спросил он Пао.

Пао рассказал ему об обстоятельствах смерти Чарльза. Записи ДиПалмы свидетельствуют о том, что впервые он услышал об этом от твоего сына. Когда будешь следующий раз говорить со своим Грегори, можешь спросить его, где он раздобыл эту информацию. Разумеется, если он пожелает с тобой говорить.

Пао подозревал, что источником ван Рутена в этом вопросе была Тароко. Но к чему говорить об этом Берлину? Пусть отец сам разбирается со своим сыном.

– Мои адвокаты дадут бой ДиПалме, – сказал Берлин. – Мы наверняка сможем воспрепятствовать ему законным путем, если он вздумает поднять вопрос об «отмывании» денег. Но Грегори – это совсем другое. С ним бесполезно разговаривать. Он полон решимости уничтожить меня.

Пао ответил:

– Давай позаботимся о себе сами, пока судьба не обрушилась на нас.

– Черт бы побрал этого Грегори. Я был бы бесконечно рад, если бы она обрушилась на него и избавила нас от этого ничтожества.

– Карма и тьма следуют за человеком повсюду, – заметил Пао.

– ДиПалма пытался связаться с кем-нибудь из тайваньского правительства в связи с делом Роуды?

– Насколько я знаю, нет.

Это еще одна причина, чтобы Берлин приехал на Тайвань, сказал Пао. Он сможет поговорить со старыми гоминьдановцами, которые скрывали, что он убил свою сестру. Некоторые из них были по-видимому живы и регулярно получали от Линь Пао кругленькие суммы, заработанные им на торговле наркотиками. Эти тени из прошлого смогут заверить Берлина, что его тайна по-прежнему покоится глубоко в старых документах, которые никогда не будут извлечены на свет Божий.

Между тем у Линь Пао возникли осложнения с предстоящей гонконгской встречей. Некоторые его соперники заколебались – стоит ли им участвовать во встрече. А до встречи оставалось ровно девять дней. Отрицательные последствия ареста ван Рутена не остались тайной для его врагов.