Буксиры медленно доставили громадное судно до места. Сквозь окна мостика неясно доносились звуки сирен и мегафонов — это аварийно-спасательные службы готовились принять сотни травмированных пассажиров и членов экипажа, все еще оставшихся на борту.
Кемпер отер лицо и еще раз пробежался взглядом по приборной панели систем безопасности. Ему еще необходимо было понять, осмыслить тот факт, что большинство из них остались в живых благодаря чуду. Чуду, которое произошло на капитанском мостике прямо перед казавшейся неминуемой катастрофой. Чуду, которое он не мог объяснить, да и никогда не сможет.
Корабль медленно двигался вдоль пристани к месту якорной стоянки. Огромные стальные тросы сбросили на причал, и команда портовых рабочих вручную закрепила их на массивных кнехтах. Ле Сёр оторвался от векторного радара.
— Мистер Кемпер, — позвал он бесконечно усталым голосом, — через десять минут мы войдем в док. Пожалуйста, сделайте объявление, о котором мы говорили, относительно порядка проведения эвакуации.
Кемпер кивнул, включил систему громкого оповещения и заговорил в микрофон:
— Вниманию всех пассажиров и команды: корабль войдет в док через десять минут. Получившие серьезные травмы будут эвакуированы первыми. Все остальные должны оставаться в своих каютах или в театре «Белгравия» и дожидаться дальнейших инструкций. Спасибо за внимание.
Шеф службы безопасности слышал по радио собственный голос и не узнавал. Он звучал точно из загробного мира.
Стояло раннее утро, с неба капал мелкий дождь. Ле Сёр, прислонившись к тиковым поручням на носу «Британии», смотрел, как темная масса пассажиров с гигантского судна проталкивается вдоль палуб к выходу; слышались раздраженные голоса, каждый старался первым пробиться к сходням, каждый стремился сойти с корабля как можно скорее. Большинство машин технической помощи уже покинуло порт, и теперь настала очередь высадки на берег оставшихся людей. На пристани, вытянувшись в линию, стояли автобусы, готовые к перевозке бедолаг в местные отели и частные дома, добровольно предоставленные ньюфаундлендцами.
Палубные матросы готовились перемещать рабочие тросы, и выкрики корабельной команды смешивались с визгливыми возгласами недовольства и угроз со стороны пассажиров. Ле Сёра поражало, откуда у них только берутся силы возмущаться. Им чертовски повезло, что они вообще выжили.
В ускоренном темпе натянули тросы, ограждающие ленты, установили передвижные стойки, чтобы обеспечить быструю и надежную высадку пассажиров. У сходного трапа Гордон увидел Кемпера, который давал людям последние наставления, — согласно распоряжениям Канадской конной полиции, каждого пассажира надлежало идентифицировать, сфотографировать и препроводить в автобус. Каждого, без исключений.
Ле Сёр знал, что им это не понравится. Но корпорация, как ни крути, обязана была составить официальный документ, список тех, кто сошел с корабля на берег, — чтобы разобраться, кто погиб, кто ранен, кто остался цел. Корпорации, как ему сказали, нужно было получить фотографии и прочее, дабы впоследствии физически не пострадавшие пассажиры не вчиняли иски о возмещении ущерба здоровью. Даже после того, что случилось, речь по-прежнему в первую очередь шла о деньгах.
Шлюз над сходными мостками был поднят, и темный ручеек пассажиров потек вниз. И кто бы мог подумать: первым у выхода оказался упитанный джентльмен в запачканном смокинге, рвущийся вперед и расталкивающий женщин и детей. С громким криком ринулся он вниз по сходням, в безветренном воздухе его пронзительный голос разносился аж до самого носа корабля.
— Проклятие, я хочу поговорить с человеком, который тут за все отвечает! Я не стану фотографироваться, как какой-нибудь преступник!
Буян прорвался сквозь заслон из членов экипажа, отвечающих за высадку пассажиров, но с портовыми грузчиками Сент-Джонса и офицерами Канадской конной полиции, вызванными помогать при эвакуации, шутки были плохи. Они преградили ему путь, и когда толстяк оказал сопротивление, стражи порядка просто защелкнули на нем наручники и оттащили его в сторону.
— Руки прочь от меня! — орал дебошир. — Как вы смеете?! Я заправляю двадцатипятимиллиардным фондом в Нью-Йорке! Здесь что, коммунистическая Россия?
Его проворно оттащили в сторону, к поджидающему полицейскому фургону, и под непрекращающиеся крики затолкали внутрь. Его пример подействовал отрезвляюще на всех, кто также хотел устроить скандал.
Читать дальше