1 ...6 7 8 10 11 12 ...129 – Я сейчас! Секунду!
Однако девушка не собирается ждать своего спасителя. Силуэт мужчины только что скрылся из виду, а она уже идет по направлению к своему дому. Дом недалеко, дорожка хорошо освещена. Правда, кусты с двух сторон растут – так что ж тут страшного? Еще несколько метров, знакомый поворот… Что это – шорох в кустах? Девушка оборачивается, но поздно. Крепкие руки сдавливают ей шею, сильный удар под дых лишает сознания.
Дорожка пустеет. Вернувшийся мужчина с собакой оглядывается, пожимает плечами и уходит к себе. В кустах раздается чей-то хрип – и всё замирает…
Утром участок возле дома жертвы оцеплен полицией. Над телом убитой склоняется эксперт. Снимая перчатки, сообщает следователю:
– Удавлена шнурком. Судя по почерку, наш знакомый «дачник». Это какая по счету, восьмая?
– Девятая, – мрачно поправляет следователь.
Стеклов и Меглин сидели в кабинете прокурора. После долгой паузы, сдерживая злость, прокурор спросил:
– Зачем ты ее взял?
Следователь помолчал какое-то время, потом ответил:
– Пора, Андрюш.
– Что – пора?
– Передавать ценный опыт. Это наш долг, разве нет?
– Тебе пободаться больше не с кем? Только со мной? – спросил прокурор, постепенно накаляясь.
– Знаешь, я смотрел фильм про оленей, – ответил Меглин. – У них, если один встречает другого, они бодаются. Часами могут! Фестивали устраивают: собираются кучей, и давай бодаться. Но если в этот момент на них нападет волк – все разбегаются в разные стороны. Не понимаю…
– Чего?
– Почему они его не забодают? Их же много, а волк один!
Прокурор пожал плечами и взглянул на стол. Там лежала папка – старое уголовное дело.
– Если она начнет копать… – медленно произнес он. – Ты же тогда не будешь…
– Ты плохо выглядишь, Андрюш, – неожиданно произнес Меглин. – Семейные тайны старят. А она молодец, дочка твоя. Шустрая. И имя красивое. Оля придумала? Она ведь выдумщица была…
Прокурор из последних сил сдерживает себя, чтобы не сорваться, не наговорить лишнего. Меглин поднимается, кивает:
– Пойду я, Андрюш…
На следующий день Есеня сидела в одном из московских кафе. Она ни с кем не договаривалась о встрече и была удивлена, когда к ее столику неожиданно подошел Саша Тихонов.
– Саня? Ты меня что, преследуешь?
– Нет, что ты! Просто я сюда часто…
– Понятно. А я редко.
– Слушай, – сказал Саша, садясь напротив девушки, – я тогда на выпускном хотел тебе сказать…
– Ой, нет, Саня, только не это, умоляю! – скривилась Есеня.
– Ты же не знаешь, что!
– Да я по глазам твоим вижу! Ты меня любишь – угадала? И на этом сомнительном основании ты бы меня с радостью трахнул!
На Есеню с удивлением обернулись женщины, сидевшие за соседним столиком. Она это заметила, в свою очередь уставилась на них и с вызовом произнесла:
– Тетеньки, вы же знаете жизнь, я что – не права?
Соседки не намеревались вступать с ней в дискуссию. А Саша не отставал:
– Я другое хотел сказать! Я тоже решил, как ты.
– Что – как я?
– Хочу, как ты, в следователи!
– И охота тебе грязь месить? – скривилась Есеня. – Не твое это, Сань. Ты слишком…
– Хороший… – с тоской закончил Саша.
В это время в кафе вошел коренастый мужчина лет сорока, простоватого вида, со слуховым аппаратом на ухе. Подойдя к столику Есени, он негромко сказал:
– Есеня Андреевна? Я от Меглина. Готовы ехать?
Спустя минуту машина уже увозила Есеню от кафе.
Если проиграл бой демонам, прежде чем умереть, помоги нам.
Метод
Центр Москвы остался далеко позади. Машина, которую вел Глухой, въехала на территорию заброшенного завода. Поколесив по территории, остановилась у одного из цехов. Глухой открыл дверь, пропустил Есеню внутрь и зашел сам.
Пустое и гулкое помещение бывшего цеха оказалось архивом Меглина. Все стены увешаны фотографиями. Вот те, кому не повезло встретить «липецкого душителя»: на шеях отчетливо видны следы от удавки. Рядом – другие жертвы маньяков. Мертвые, иногда окровавленные лица. А еще – крупно снятые детали одежды, обуви, других предметов, принадлежавших убитым: брелоки, часы, телефоны, украшения…
– Меня зовут Влааа-димир, – с трудом произнес Глухой. – Сааа-дитесь…
Сидя в комнате для допросов, Есеня вспоминала:
– Он так говорил. Как глухие. Потом оказалось, что он и правда глухой.
– И что же он сказал? – поинтересовался Седой.
– Он взял с меня подписку о неразглашении материалов, связанных с работой майора Меглина.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу