Правда, высказывалось – и не без оснований – предположение, что в действительности еще более важное место в руководстве «Преступным синдикатом», и прежде всего в определении его стратегии, основных направлений деятельности, сыграл другой человек – Мейер Лански, предпочитавший оставаться, как пишет советский исследователь И. А. Геевский, «человеком в тени». [2]Во всяком случае, в книге достаточно места уделено наряду с Лаки Лучиано и Мейеру Лански, и многим другим персонажам, выступавшим, начиная с 20-х годов, и на первых, и на вторых, и даже на самых малозаметных ролях на сцене организованной преступности в США.
«…Организация, о которой идет речь, – пишут авторы, – нечто из ряда вон выходящее; феноменальная тайная власть со своим правительством, со своими руководителями, финансистами, юстицией, палачами, приводящими в исполнение приговоры, не подлежащие обжалованию. В какой-то степени стало невозможно противостоять ее активности, так как в мире, где царит власть денег, падкими на взятки неизбежно становятся все, в том числе и, казалось бы, неподкупные» (с. 23), С самого начала авторы предупреждают, что описываемый в книге «Преступный синдикат» не следует отождествлять с мафией. И в этой связи представляется целесообразным кратко остановиться на некоторых связанных с этим вопросах, а также пояснить некоторые встречающиеся в книге термины.
Мафия – это тайная террористическая организация, возникшая на Сицилии несколько веков тому назад и существующая по сей день. Некогда она служила орудием в руках феодалов, в борьбе с крестьянами, а ныне тесно связана с наиболее реакционными элементами правящих кругов Италии. Однако методы ее остаются прежними – террор, запугивание, расправы с неугодными, вымогательство, убийства и похищения людей. Она основана на жесткой дисциплине и раболепном послушании, строгой конспирации во всей своей деятельности и соблюдении каждым мафиозо – членом сообщества – закона молчания («омерты»), нарушение которого карается смертью.
Что касается самого слова «мафия», то по поводу его происхождения существует множество предположений, в том числе и явно надуманных. [3]
Оказавшись в Соединенных Штатах, где они приобрели благоприятную для себя питательную среду, члены сицилийской мафии немедленно приступили в духе традиций преступного сообщества к установлению системы господства над своими же земляками – итальянскими иммигрантами. Добиться этого им было не так уж трудно, если учесть крайнюю бедность, забитость, отсталость подавляющего большинства иммигрантов, а также незнание ими языка той страны, в которую они приехали.
В то время как рядовые иммигранты оказались людьми, предоставленными самим себе, оторванными от родины и никак не связанными с окружающими, мафиози немедленно устанавливали контакты друг с другом, в чем им помогала, кстати, тщательно разработанная символика и ритуал обнаружения принадлежности к мафии. В результате и в Соединенных Штатах мафия вскоре приобрела четко определенные организационные формы.
Каждая большая самостоятельная преступная группировка, принадлежащая к мафии, носит название «семья». Возглавляет ее дон, или капо, которому все обязаны беспрекословно подчиняться. Остальные члены семьи – мафиози – располагаются в строго иерархическом порядке, занимая те или иные должности, из которых мы назовем только должность лейтенанта. Это помощник капо, который либо возглавляет один из входящих: в семью отрядов преступников, либо отвечает за определенный, если можно так выразиться, «участок работы» всей многообразной преступной деятельности семьи.
Итак, обосновавшись в Соединенных Штатах, банды мафиози потребовали, чтобы итальянские иммигранты, чем бы они ни занимались – торговлей или уборкой мусора, – выплачивали им определенную долю своих доходов, угрожая в случае неповиновения расправой. Такие угрозы действительно приводились в исполнение. Поджоги, избиения и даже убийства стали явлениями чуть ли не обычными. Эта система вымогательства, широко распространившаяся в США, получила название «рэкет», а самих вымогателей начали называть «рэкетирами». Поскольку банд, занимавшихся рэкетом, было немало, то каждая из них, взимая свою дань, в обмен обещала защиту от других банд. На этой почве между бандами нередко вспыхивали столкновения, а порою и уличные бои, которым, правда, было еще далеко до сражений, разыгравшихся между гангстерами в более поздние времена, описываемые в книге Шарлье и Марсилли.
Читать дальше