Пол Джонс - Исход

Эмили подняла взгляд, желая убедиться, что Рианнон не может видеть того, что видит она, потому что удалилась в ванную с зубной щеткой и бутылкой воды. Услышав, как за ней захлопнулась дверь, Эмили осторожно перевернула Бена на живот. Тот не издал ни звука: видимо, состояние, которое она ошибочно принимала за сон, было скорее сродни коме.

Спина мальчика полностью заросла такой же чешуей, что и плечо. Панцирь покрывал его ягодицы, бока и ноги до самых колен. Преодолевая отвращение, Эмили легонько провела по чешуйкам ладонью, и от ее прикосновения они встали дыбом, как шерсть на спине разъяренного кота. А внизу, под панцирем, что-то вздымалось и пульсировало.

Эмили снова перевернула Бена на спину. Глаза малыша были плотно закрыты, дышал он учащенно, почти как возбужденная собака. Набрав для храбрости побольше воздуха в легкие, Эмили большим пальцем приподняла Бену одно веко.

Она не увидела ни белка, ни зрачка, ни радужки. На их месте оказался твердый красный шар, изъязвленный множеством крошечных ямочек, и в центре каждой из них виднелось черное пятнышко. Эмили дала глазу закрыться, снова завернула ребенка в одеяло и на шаг отошла от кровати.

Глядя на неподвижно лежащего мальчика, Эмили воспроизводила в памяти момент, когда она прикончила пришельца-кукловода, управлявшего Саймоном. Тогда в последний миг из темноты вырвался отросток и ударил Бена. Эмили ошибалась, когда думала о мотивах инопланетянина. Он вовсе не собирался убивать никого из них – хотел перекроить их, превратить в собственное подобие, и в последнюю секунду своей жизни отчаянным усилием заразил Бена.

Ангелоподобного, невинного Бена.

Запредельное отчаяние сжало Эмили в своих тисках и вонзило острые зубы в самые потаенные глубины ее души.

– Ну как он?

Эмили не заметила, как в комнату вернулась Рианнон. Теперь девочка стояла в дверях ванной, и в ее взгляде было куда больше тревоги и озабоченности, чем полагалось бы для ребенка ее лет.

Эмили отчаянно продиралась сквозь дебри заполонивших ее голову мыслей в поисках подходящего ответа. Как ей сказать Рианнон, что ее братишка превращается во что-то чужеродное? А если она скажет, что с Беном все в порядке, когда на самом деле ничего подобного и близко нет, что тогда? Пока малыш переродился лишь отчасти, но что им делать, когда в нем не останется вообще ничего человеческого? Кем или чем он станет? Если он превратится в подобие одного из тех монстров, с которыми Эмили уже встречалась, то наверняка постарается поскорее прикончить и ее саму, и свою сестру.

– Да все так же, – сказала она в конце концов, вкладывая заранее приготовленные таблетки в рот мальчика и заливая их водой.

Бен рефлекторно сглотнул. Его дыхание воняло, как помойная яма, и Эмили поспешила отвернуться.

Рианнон двинулась к лежащему брату.

– Он все еще спит, – шепнула Эмили, тесня девочку в противоположном направлении. – Лучше бы тебе сейчас его не трогать. Ему надо как следует отдохнуть, чтобы справиться с болезнью.

Слова лжи легко слетели с ее губ, и Рианнон, кажется, ничего не заподозрила.

– Может, все-таки перекусим?

– Я дико голодная, – оживилась Рианнон.

Эмили дернула колечки на крышках консервных банок, которые приготовила девочка, и переложила их содержимое в кастрюльку. Помешивая пищу на маленьком огне портативной плитки, она пыталась осознать только что увиденное и решить, как поступить в подобной ситуации, какой из вариантов выбрать. Можно просто схватить Рианнон в охапку и бежать, оставив Бена тут. Вот только как потом объяснить это его сестре? Рианнон, конечно, умна, но она всего лишь ребенок. Даже если Эмили покажет ей сейчас, что происходит с ее младшим братишкой, это может ничего не изменить. Рианнон чертовски ему предана.

Эмили разложила подогретую пищу по тарелкам.

– Спасибо, – сказала Рианнон, пододвигая к себе одну из них.

– Угу.

Теперь Эмили действовала на автомате. Она открыла банку собачьих консервов для Тора и смешала их в миске с сухим кормом. Налила немного воды ему, а потом и им с Рианнон – в две пластмассовые кружки.

– Я думаю, тебе лучше сегодня спать отдельно от Бена. В другой кровати.

Рианнон подняла взгляд от тарелки и спросила:

– Почему?

Действительно, почему?

– Я точно не знаю, заразный Бен или нет. Если ты подхватишь от него… ну ты понимаешь. Ничего хорошего в этом не будет.

Поразмыслив несколько секунд, Рианнон согласилась и вернулась к еде. Видимо, мысль о том, что она была в постоянном тесном контакте с братом последние два дня, даже не пришла ей в голову.