Том Вуд - Киллер

Рид снова надел очки и пошел к отелю. Яркое солнце не давало увидеть что-либо через стекла окон и дверей. Выждав четыре минуты, чтобы дать объекту уйти из вестибюля, он перешел улицу и вошел во вращающиеся двери. В вестибюле было на несколько градусов прохладнее, чем на улице, приятную температуру обеспечивали большие потолочные вентиляторы. Рид сразу сильнее почувствовал пот на коже.

Как он и ожидал, объекта и его компаньонов в вестибюле уже не было. Рид подошел к стойке регистрации, заплатил за одноместный номер и поднялся по лестнице на шестой этаж. В отеле использовались обычные металлические ключи, и Рид счел забавным, что еще хоть один уголок мира требует модернизации. Это также облегчало ему бесшумное проникновение через запертые двери. Номер Рида был удобным и чистым, но с безвкусной отделкой. Это, правда, не имело значения: Рид не развлекаться сюда приехал.

Он снял плечевую сумку, вынул пистолет и положил его под одну из подушек кровати. Носить его с собой было нежелательно – он мог привлечь внимание. Минут десять Рид разглядывал номер, а потом открыл дверь балкона, чтобы впустить немного воздуха. С балкона были видны гавань и лодки-дхоу в ярком бирюзовом море. Он не намеревался оставаться в отеле, но номер оправдывал его присутствие там. Да и его светлое лицо было слишком заметным, чтобы болтаться вокруг, не имея для этого видимого повода.

Из досье он уже знал, что объект остановился в номере 314, а водолазы – в номере 320, немного дальше по коридору. В отеле были лифт и две лестницы. Рид всегда предпочитал пользоваться лестницами. В лифте он был, как в ловушке, а когда двери открывались, чтобы ожидающие могли войти, оказывался полностью открытым. Он вышел из номера и вернулся в вестибюль.

В скромном баре отеля, казавшемся достаточно приятным, Рид взял бутылку минеральной воды и сел на такое место, с которого вестибюль просматривался достаточно хорошо, чтобы он мог увидеть, если объект выйдет. Риду сообщили, что объект пробудет в Танге не меньше двух дней. Рид немного скучал.

Хотя за неделю он уже убил пять человек, только от убийства того, кого он знал как Тессеракта, он получил некоторое удовлетворение. Но и оно было неполным, поскольку для организации взрыва немалое искусство Рида почти не требовалось. Сначала он зауважал Тессеракта за его действия в Париже, но потом пришел к выводу, что тот остался там в живых не столько благодаря своему искусству, сколько благодаря бездарности нападавших. Настоящий профессионал не позволил бы так легко убить себя на Кипре. Было жаль, что противник, казавшийся достойным, оказался столь ничтожным. В общем, Тессеракт – любитель по сравнению с ним, Ридом.

Бар был почти пуст, лишь кучка иностранцев сидела в углу и смеялась. Рид сделал небольшой глоток воды. Возможно, пришло время брать только трудные заказы. Они больше соответствуют его способностям. Пожалуй, до нового года он будет работать только на Контору, отказываясь от всех частных предложений, которые могут поступить. Рид понимал, что забегает вперед. Ему еще предстояло завершить работу здесь. И хотя она не требовала больших усилий, следовало быть сосредоточенным на ней. Потеря сосредоточенности ведет к ошибкам. Смартфон Рида лежал у него в кармане брюк. Он вынул его и положил на стол перед собой.

Он ждал.

Понедельник

09:15 EST

Фергусон очнулся от сна только тогда,когда телефон звонил уже несколько секунд, еще несколько секунд ему понадобилось на то, чтобы сообразить, что его разбудило. С тех пор как Фергусону нужно было быть начеку во время отдыха, прошли десятилетия, и его острые когда-то чувства притупились от возраста и бездеятельности.

– Да? – его голос был хриплым.

– Дело сделано.

– Кто это?

Это был Сайкс. Он говорил торопливо, лихорадочно проглатывая слова.

– Мы добыли ракеты, ну, две из них, которые смогли. Завтра мы вернемся посмотреть, что еще можно достать. Однако они сомневаются, что мы что-нибудь добудем.

– Повтори мне все это медленно, – сказал Фергусон.

Сайкс заговорил медленнее, подробно описывая, что они смогли извлечь, и ситуацию с остальными ракетами. Фергусону потребовалось какое-то время, чтобы осмыслить услышанное. Он сел.

– У вас есть две ракеты?

– Не целиком, но двигатели, электроника и прочее.

Фергусон уставился в окно кабинета. Он чувствовал себя так, словно его накачали чистой радостью.