Том Вуд - Киллер

Широкополая шляпа и темные очки могли служить маскировкой лишь от беглого взгляда. Поэтому Ребекка по указанию Виктора укоротила и осветлила волосы. Образ крашеной блондинки не соответствовал цвету ее лица, но Ребекка теперь даже сама не узнавала себя в зеркале.

– Вы думаете, там никого нет? – спросил он, лизнув свое ванильное мороженое. У продавца он попросил двойную порцию.

Ребекка стояла рядом с ним, держа в руке путеводитель и делая вид, что читает его.

– Olympus – не просто бумажный след, это действующая организация, так что люди там должны быть, – ответила она. – Судя по внешнему виду, там может быть всего несколько работников. И я сомневаюсь, чтобы кто-нибудь из них знал, на кого они работают.

Ребекка водила по странице указательным пальцем, как бы разыскивая информацию.

– Отличный прием, кстати, – сказал он.

Ребекка продолжала смотреть на страницу.

– Я быстро обучаюсь.

Ему нужно было торопиться, чтобы половина его мороженого не растаяла.

– Вы и впрямь думаете, что мы там что-нибудь найдем?

– Не говорите с набитым ртом, – сказала Ребекка, переворачивая страницу. – Ничего нельзя знать, пока мы не посмотрим.

Виктор сделал несколько шагов по улице, делая вид, будто указывает на что-то рукой.

– Хорошо, – сказал он. – Я вернусь сюда вечером после того, как выясню кое-что.

Их отель был всего в получасе ходьбы от этого места, и они пошли не тем путем, каким пришли, неспешно бредя по путающимся узким улочкам. Ребекка взяла руку Виктора в свою, почувствовала, как он напрягся, но не отпустила, и они шли, как любая парочка, радующаяся солнцу зимой.

Турист, поедающий спелый персик, шел за ними.

21:01 СЕТ

В баре было шумно —разговоры, смех и традиционная греческая музыка. Ребекка сидела одна за маленьким столиком у стены. Перед ней был салат с сыром фета, но она почти не притронулась к нему, съев лишь несколько маслин. Есть в таком напряженном состоянии было трудно, она каждые пять минут смотрела на часы. Виктора не было уже несколько часов. Ему нужно было добыть «снаряжение».

Она боялась оставаться в одиночестве, потому что понимала свою уязвимость, знала, что если кто-то покусится на нее, то без его помощи она погибнет. Поначалу она очень боялась быть рядом с ним, с наемным убийцей, но логика подсказывала, что рядом с ним она в большей безопасности, чем без него. Он уцелел после двух покушений на него, которые финансировало ЦРУ, и она своими глазами видела, что он сделал с французской командой из RAID. На сегодня он был лучшим и единственным ее другом. И Ребекка отчаянно желала снова быть рядом с ним, чтобы чувствовать себя в безопасности.

На людях ей было немного легче. В баре было много обедающих пар и развлекающихся туристов. Местных жителей почти не было. Особенно шумная компания располагалась невдалеке от столика Ребекки. Бар находился напротив их отеля, и со своего места она могла видеть вход в отель. Виктор сказал, чтобы она ждала его именно в таком месте.

Возможно, он проверял ее. Ребекка была уверена, что он не вполне доверяет ей. И она вполне допускала, что он сейчас следит за ней, вернувшись через несколько минут после того, как ушел, якобы за чем-то нужным. «Возможно, он ждет, что я предам его, – подумала она. – Но если он до сих пор не поверил мне, он может убираться к черту».

Один парень из соседней шумной группы несколько раз что-то кричал ей. Эти парни, похоже, были военными моряками, английскими, судя по выговору. Они казались совершенно безобидными, просто пьющие парни. Ребекка отвечала только вежливой, но безразличной улыбкой, какая во всем мире значит «оставь меня в покое», и отводила взгляд.

Ребекка воткнула вилку в кусочек феты, а потом в ломтик помидора и положила все это в рот. Проглотить пищу ей удалось не сразу. Она подозвала официанта и заказала еще бокал вина.

Когда тот парень, поощряемый своими товарищами, поднялся, Ребекка продолжала смотреть на свой салат, тихо надеясь, что он в последний момент потеряет свой кураж и уйдет назад. Не ушел. Некоторые мужчины просто неспособны понимать намеки.

– Привет, я – Пол, – заявил он, сев напротив нее.

– Привет, – ответила Ребекка, встретившись с ним глазами едва на секунду. Выглядел он неплохо, но был не в ее вкусе, даже если бы у нее было настроение общаться.

– У тебя есть имя, дорогая?

Ребекка колебалась. Отчасти из-за того, что не хотела называть кому бы то ни было свое настоящее имя, но больше потому, что просто не хотела разговаривать с ним.