– К самой, - так же грубо отрубил я.
На его лбу собрались морщинки, трудно зашевелились, глаза еще больше затуманились - соображает, пытается ворочать заржавевшими без практики шариками. Сообразил!
– Зачем?
– Фирма мне сказала: если Рябой спросит, пошли его на…
Он ухмыльнулся - такой ответ был вполне доступен его пониманию, ясен и понятен - и сделал шаг в сторону, пропуская меня в здание.
Снаружи Дом моделей, даже облепленный по всем своим облупленным стенам разномастной рекламой, более всего походил на кирпичный барак или казарму. Впрочем, так оно и было - до революции здесь квартировал какой-то конно-гвардейский полк. И я вспомнил об этом, когда вошел внутрь: здесь одуряюще пахло конюшней, где вспотевшие после скачек лошади перебирают ногами, стучат копытами и встряхивают растрепанными гривами. Но в конюшне, надо полагать, не бывает такого шума: дурная музыка, аплодисменты, топот ног, свист, визгливые возгласы распорядителей и посетителей.
В холле я осмотрелся и вздохнул. Мебель, рекламные листы на стенах, одноногие пепельницы по углам, вазы с искусственными цветами - все здесь было рваное, ломаное, пыльное, затасканное; не было ни одной новой или хотя бы целой вещи. Вытертые подлокотники и лопнувшие подушки кресел, царапины, следы загашенных сигарет и неприличные слова на полировке столешниц. Как будто какая-то фирма решила наконец обновить свой ставший уже неприличным интерьер и выбросила все атрибуты на помойку, а Дом моделей подобрал и с дикарским благоговением расставил по углам и развесил по стенам весь этот хлам. Наверное, и персонал такой же, особенно - девочки. Ну и вкусы же у нашей элитарной провинциальной мафии…
Я перехватил делового озабоченного молодого человека в малиновом пиджаке и черных бесформенных брюках, при бабочке и усиках, с какими-то бумажками в руках, и спросил, как мне найти Катю Иванову. Выходить непосредственно на Алку было рискованно.
– Кэт? - озабоченно переспросил он, нетерпеливо постукивая стоптанными лаковыми копытами. - Она на подиуме. Через три минуты освободится. Я передам ей, что ее спрашивают. Подождите здесь. Ведь вы от Руслана?
– Еще бы! - согласился я, до сих пор понятия не имея, кто такой Руслан.
Молодой человек со снисходительным одобрением, но как-то не очень хорошо усмехнулся и исчез.
Я присел в уголке, но не успел выкурить сигарету, как девушка в стареньком спортивном костюме, а вовсе не в мехах, как я ожидал, вошла в холл и уверенно направилась ко мне. Шла она хорошо, профессионально - высоко держала головку, равномерно, свободно выбрасывала длинные ноги и ритмично покачивала узкими бедрами.
Она вплотную подошла ко мне, улыбнулась.
– Хай, - приветствовала меня Кэт Иванова и, все еще улыбаясь, уперла мне в грудь пальчик. - Ты мент, верно?
– Вроде этого, - уклончиво не стал отрицать я. - А как вы догадались?
– По глазам. У всех моих знакомых ментов такой же взгляд: вроде твердый, но какой-то уклончивый, у меня раньше много было друзей среди ментов.
– А сейчас что же? Растеряли?
Она пожала плечами, отбросила волосы:
– Времена изменились. И менты - тоже. Теперь от них подальше надо держаться. Так что я тебе ничего не скажу.
– А мне от вас ничего и не надо. Я Алку ищу.
– Какую? У нас их три.
– Ну, эту… подружку Чванько.
– А! - обрадовалась Катя. - Жувачку! - Она поняла мой вопросительный взгляд и пояснила: - Мы с девками ее так прозвали. Понимаешь, вроде развитая, интеллигентная, тампаксами пользуется, все книжки перечитала, а все - «жувачка» и «жувачка». Мы сколько раз учили: не жувачка, а жевачка, а она все свое. Так Жувачкой и осталась. А клиента ее, этого Чванько, мы Папой Карлой прозвали. Он такой же лысый, поделки какие-то из дерева делает и сам будто поленом пристукнутый. Бабник! - пропела она, широко раскрыв глаза. - Но слабак, ты понимаешь?
– Понимаю, - успокоил я ее и вспомнил, как безжалостно определила Мишкины мужские достоинства Яна, - однопалочный…
Катя залилась таким смехом, что я даже позавидовал. А слоняющиеся по холлу охранники уже откровенно уставились на нас.
– Слушай, пойдем в бар, у меня время есть, там и поговорим. С тобой интересно. И никакой ты не мент, врешь ты все.
– Это почему же?
– Ну, - она опять отбросила волосы и пожала плечами. - Не хамишь. Встал, когда я подошла, сигарету выбросил…
– Ты уж очень плохо о ментах думаешь.
Она немного поскучнела.
– Да знаю я их, - поморщилась. - Разные среди них попадались. Всякие…
Читать дальше