Марина Серова - Талисман царя Дария

Чувствуя, что ему не справиться, нападавший швырнул меня на пол, распахнул дверь, которая вела в соседний вагон, и скрылся.

У меня не было сил преследовать его. Поезд вскоре замедлил ход и остановился на очередной платформе. На этой остановке сошли трое пассажиров. Они с удивлением взглянули на меня, когда я подбирала с пола свою упавшую сумку и оправляла измызганный плащ.

Я не стала возвращаться на свое место, а уселась тут же на одно из сидений в шестом вагоне. Через три остановки мне выходить.

Так вот о чем предупреждали меня мои карты, вот почему мне следовало быть настороже. А я-то, глупая, подумала совсем о другом.

Значит, кому-то нужна моя шкура. Значит, я много знаю. Но вот что именно?

Теперь уж мне было не до книжки. Я уставилась в окно, смотрела как бы сквозь сопровождавший наш поезд ландшафт и думала о происшедшем.

И тут мне показалось…

Да нет, не может быть, прямо наваждение какое-то.

Почти параллельно с железной дорогой шло загородное шоссе, и я готова была поклясться, что заметила силуэт знакомой машины.

Я присмотрелась, но ничего больше не увидела. С обеих сторон вагона появилась высокая насыпь.

Я задумалась.

На платформе меня ждала Светлана и еще один молодой человек.

– Виктор, – представился он.

Они с удивлением осмотрели меня с ног до головы, но ни о чем не стали расспрашивать.

– Как дела? – бодро поинтересовалась я.

– Ждем тебя.

– Давно вы здесь?

– Только подошли.

Мы пришли на дачу Георгия. Хозяин кивнул мне, хлопоча у мангала, на котором поджаривались аппетитные кусочки мяса.

– Извини, Таня, – сказал он, – не могу пока отойти. Тут глаз да глаз нужен.

Я обозревала окрестности.

Дача как дача. Ничего сверхъестественного. Полно разных недоделок. Может быть, Георгий и крутой, но вот руки у него заняты, по всей видимости, не тем.

Как ни странно, домашних Георгия на даче не было. Я поинтересовалась у Светланы, какова причина их отсутствия.

– Пикник – для друзей. Дома будет особый праздник.

Из друзей поздравить виновника торжества прибыли некие Саша с Ларисой, Геннадий с Аленой (имя-то какое, господи), Миша с Тамарой и еще два одиноких друга – Леша и Андрюша, неразлучные, как Добчинский и Бобчинский. Намекнуть им об этом я не решилась. По неведению еще подумают, что это какие-нибудь криминальные авторитеты.

Про Виктора я вам уже говорила. По-видимому, Светлана была довольна его обществом, поэтому я не стала им мешать, а подсела к Ларисе, которая активно занималась салатами.

– Помочь? – спросила я.

– Не возражаю, – был ответ.

Мы занялись важным делом, а чтобы не было скучно, обсуждали организационные вопросы.

– Вы на электричке приехали?

– Нет, на машине. Саша все равно не пьет.

– А остальные?

– Кто с нами, кто с Георгием. Леша с Андреем со вчерашнего дня здесь.

– Георгий весь день здесь?

– В смысле?

– Никуда не отлучался?

– Да нет, вот только в деревню отъезжал за хлебом. У них тут своя пекарня шикарная. Хлеб лучше, чем в городе. Он сразу сказал – из города хлеб не везти.

– Привез?

– Конечно, вон лежит, посмотри.

Хлеб и вправду был хорош. Я даже пощупала одну буханку.

– А давно он ездил? Там еще хлеб остался?

– Да вот только что.

– А это его машина?

Я кивнула на роскошный «Опель» серебристо-серого цвета, стоявший на площадке возле въезда на участок.

– Эта наша. А свою Георгий в гараж поставил. У него и гараж здесь есть.

Я тоже обратила на это внимание.

– Господа! Шашлычок готов! Можно готовиться к застолью.

Все как-то сразу обрадовались, особенно Леша с Андрюшей, которые явно успели пропустить по стаканчику за здоровье именинника.

Правда, сели не сразу. Появились еще какие-то дела. Все чего-то суетились, бегали туда-сюда, а я подумала, что зря они начали с шашлыка. Остынет все. Да мне в общем-то безразлично. Всему найдется какое-нибудь объяснение.

Леша с Андрюшей, посмеиваясь, вытащили на свежий воздух солидный стол, сопровождая свои действия скабрезными шуточками. Тут же вся закуска взгромоздилась на поверхность стола, покрытую прозрачной клеенкой. Зашлепали пробки шампанского, открывались бутылки с водкой.

Затем начались застольные возгласы, крики в честь виновника торжества, признания в вечной любви и пожелания иметь много, много денег, больше, чем уже есть.

Георгий был доволен. Он снисходительно улыбался и благодарно всматривался в глаза присутствующих.

Я теребила в руках все тот же бокал шампанского и наблюдала за происходящим.