Дэвид Белл - Вернуть ее домой

— Почему ты не сказала мне? — спросил он.

— Билл, я попала в безвыходную ситуацию, — сказала Пейдж. — Только представь, если бы я рассказала тебе, я бы предала Саммер и навсегда лишилась бы ее доверия. Она никогда больше не открылась бы ни одному из нас.

— Она попросила тебя не говорить мне?

— Конечно. Она не хотела, чтобы ее отец знал об этом.

— Я бы сказал тебе, если бы это был твой ребенок.

— Может быть, поэтому мои дети и не звонили тебе.

— Знаешь что? Иди-ка ты, Пейдж…

— Билл… — Она положила руку ему на предплечье, хотя он не пытался встать, вообще не шевелился. — Ничего из этого не поможет Саммер, понимаешь? Если ты злишься на меня, ну что ж. Ты можешь на меня злиться. Возможно, я совершаю ошибку — не знаю. Я говорю тебе это, чтобы ты знал, как относиться к тому, что тебе сообщает полиция.

Билл сделал несколько глубоких вдохов. Он почесал затылок, и его волосы взъерошились. Он не принял душ и не побрился, прежде чем выбежать из дома утром, когда ему позвонили из полиции.

— Значит, она могла заниматься сексом с одним из этих мальчишек, — упавшим голосом произнес он. — Наверное, с этим мелким говнюком Тоддом Стоуном, с которым она пошла на дурацкие танцы. И он или его друзья поступили с ней подло, мерзко, избив до полусмерти. — Он сжал кулаки. — Но ей всего пятнадцать…

— У пятнадцатилетних тоже бывает секс, — сказала Пейдж. — Я это точно знаю.

— Я понимаю.

— Это не проблема, я тоже занималась сексом, когда мне было пятнадцать, Билл. Вы все, ты, мама и папа вели себя так, как будто этого не было, но это было. И ничего страшного не произошло. Я в порядке.

— А я совсем недавно переживал из-за того, что какой-то пухлый медбрат увидит ее без одежды…

— Билл, тебе нужно принять это ради благополучия Саммер, ради того, чтобы поймали человека, который причинил ей такую боль. И убил Хейли.

Пейдж помолчала, нахмурив брови.

— Почему она пошла на танцы с одним из этих мальчиков, если они такие дерьмовые?

— Хороший вопрос. Думаю, Тодд умный. Получает хорошие оценки. Он красивый парень. Они оба члены студенческого совета, работали над этим… проектом для своего исторического кабинета в прошлом семестре. Его друга Клинтона я не очень хорошо знаю. Но, пока ты на его стороне и кажешься ему достаточно хорошим, он не сломает тебе челюсть.

Пейдж поднялась и коснулась пальцами своего лица.

— Я даже думать об этом не хочу.

— Ты расскажешь об этом полиции, — сказал Билл, указывая на нее пальцем. — Тогда у детектива будет веская причина сокрушенно качать головой, глядя на меня, поражаясь, как мало я знаю о собственной дочери. Он, со своим сладким южным акцентом, назовет меня приятелем, но на самом деле решит, что я не могу проконтролировать даже собственного ребенка.

— Они просто хотят поймать плохого парня. — Пейдж изучающе смотрела на Билла, пока он вытаскивал свой телефон, намереваясь позвонить Хокинсу. — Ты был здесь все это время? Когда ты последний раз принимал душ?

— Не помню… В последние несколько дней… я даже ел на ходу.

— Ты не хочешь пойти домой и принять душ? Переодеться?

— Нет.

— Я побуду с Саммер, — сказала она. — Ты живешь в пяти минутах езды отсюда. Ты почувствуешь себя лучше. И пахнуть тоже будешь лучше. Если что-нибудь случится, я позвоню тебе. В ту же секунду.

Она подняла руку, будто давала клятву:

— Обещаю.

— Не могла бы ты не вести себя так, будто отправляешь в постель одного из своих детей? — спросил он.

— Я знаю, Билл. Я знаю. Но ты должен заботиться о себе. А еще здесь будут люди, которые приедут лично к тебе. Дети и взрослые, которые захотят поговорить с тобой. Ну а когда Саммер придет в себя, ты должен прилично выглядеть.

— Странно будет находиться в доме, где нет Саммер. Временно нет.

— Одиноко?

— Конечно. Честно говоря, меня мучит одна мысль. Пока кто-то избивал ее, я лежал в постели, пытаясь заснуть, думая о том, как было бы здорово, если бы в эту минуту она открыла дверь и вернулась домой. В этом городе все не так. В новостях призывают покупать системы сигнализации. Один Господь знает, сколько оружия и аэрозольных перцовых баллончиков было продано. Я спал со светом, включенным по всему дому. Как испуганный ребенок. И «спал» — это слишком громко сказано. Я не мог… Сны. И звуки.

— Ладно, теперь ты здесь не один. К тебе прибыла подмога. — Она ткнула себе в живот указательным пальцем, и тот утонул в ее толстом свитере. — Я.

— Верно. — Он почесал свою заросшую щетиной щеку. — Но сначала я позвоню детективу Хокинсу. И ты подробно расскажешь ему об интимной жизни моей дочери. Тогда я рассмотрю вариант с душем и бритьем.