Из номера вышло трое делегатов с бокалами в руках. Они были настроены весело, даже слишком весело, и предложили Шейну составить с ними квартет для исполнения старой доброй плясовой. Когда ему удалось освободиться, кубинца уже не было видно.
До конца коридора оставалось лишь три двери. Первая была заперта. Шейн попробовал открыть вторую. Человек в пижаме с трудом оторвал голову от подушки и уставился на пришельца.
– Убирайся вон! – заорал он.– У меня личная встреча.
Раздался женский смех. Шейн закрыл дверь и подошел к следующей.
Он оказался в двухкомнатном номере с гостиной и прихожей. За низким кофейным столиком в гостиной сидели четверо мужчин в рубашках и брюках. Перед ними стояли бутылки с выпивкой. Один из мужчин водил указательным пальцем по списку; другой, с пачкой бумажек, подколотых к папке, вроде бы сверял имена.
Все сразу же замолчали и уставились на Шейна.
– Здесь не принято звонить, что ли? – спросил один из них.
– Я ищу своего друга,– сказал Шейн и направился к спальне.
Один из мужчин поднялся так быстро, что опрокинул свой стул. У него была крупная лысая голова и мелкие, словно собранные в кучку, черты лица, придававшие ему забавное выражение. Плечи и грудная клетка выглядели очень внушительно.
– Ага,– сказал он.
Шейн дружелюбно улыбнулся ему, продолжая идти.
– Что это за крыса? – спросил человек со списком.
– Черт побери, да это же Майк Шейн!
Кто– то присвистнул. Еще один человек поднялся с места и дружески хлопнул Шейна по руке у локтя. Он был плотно сложен и широкоплеч; поначалу Шейн не узнал его. Это был Гарри Плато, два года назад избранный президентом международного профсоюза. Он довольно сильно изменился с тех пор, как детектив в последний раз видел его. Волосы его совсем побелели, на лице пролегли новые глубокие складки.
– Я и забыл, что ты работаешь в этом городе, Майк,– сказал он.– Давненько мы не виделись, верно? Это Шейн, частный детектив,– объяснил он остальным,– хороший парень. Может быть, с первого взгляда он таким и не кажется, но под этой рыжей шевелюрой достаточно мозгов. Однажды он расследовал для меня одно дельце в Нью-Орлеане. Сорвал хороший кусок, но он вполне заслужил его. Каким ветром тебя сюда занесло, Майк? Неужели ищешь, кто бы подкинул новую работенку?
– А у вас есть что-то для меня? – осведомился Шейн, глядя на дверь спальни.
– Для хорошего парня работа всегда найдется. Ты кого-нибудь ищешь?
– Альберта Кола,– сказал Шейн.
Ни один из четверых не обнаружил какой-либо реакции на это имя, однако Шейн заметил, что они старались не смотреть на него.
– Правда, я вряд ли могу назвать его своим другом,– продолжал Шейн.– В последнее время его часто видели с пушкой в Балтиморе. Теперь я вижу, что ошибся комнатой. До встречи, Гарри.
– Я буду здесь до конца недели,– сердечным тоном сказал Плато.– Присоединяйся, выпьем по маленькой. Если я чем-то могу тебе помочь, Майк, тебе остается сказать лишь слово.
– С удовольствием, Гарри,– Шейн отступил на шаг.– Не возражаешь, если я сполосну руки в ванной?
Плато сделал шаг навстречу, и его пальцы сомкнулись на запястье детектива.
– Будь моим гостем,– сказал он.– Я помню в тебе одну отличную черту, Майк: ты никогда не отказывался от выпивки. Визер,– обратился он к лысому мужчине.– Плесни– ка ему в бокал побольше лекарства от насморка. Воды можно не добавлять.
– В другой раз,– сказал Шейн, глядя на пальцы, обхватившие его руку.– И если тебе хорошо знакомы черты моего характера, Гарри, то ты, должно быть, помнишь, что я не люблю, когда меня держат за руки.
– Ну-ну,– сказал Гарри.– Не обижайся, Майк. Ты же знаешь, это моя привычка. Когда я вижу кого-то, кто мне нравится, мне сразу хочется его потискать.
Он разжал пальцы и отступил в сторону. Шейн вошел в пустую спальню, затем в ванную. Она оказалась также пуста, но в ее задней части имелась дверь в параллельный коридор. У кубинца было достаточно времени, чтобы воспользоваться этой дверью. Шейн вернулся в гостиную. Плато проводил его до двери.
– Ты уверен, Майк, что тебе не хочется выпить?
– Нет, спасибо. Как давно ты в Майами?
– Да уже пару дней,– Плато кашлянул и почесал затылок.– Надоели мне эти крысиные бега, Майк. Ты слышал, я ведь собираюсь уходить.
– Уходить из союза?
Плато засмеялся и с трудом удержался, чтобы не хлопнуть Шейна по плечу.
– Боже упаси, я не так богат. Разве можно уходить на пенсию в моем возрасте? Я нацелился на самую верхушку Уэлфэйрского Фонда и не вижу причин для неудачи. А президентство – сплошная беготня и головные боли. Если я начну рассказывать, Майк, ты и не поверишь! Легче сохранить равновесие на водных лыжах, если ты соединен одновременно с тремя моторными лодками. Ну что, Майк, больше не сердишься на меня, а?
Читать дальше