– Костя, это Дубровин. Ты сейчас не занят?. . Тогда я подойду к тебе через пять минут с документами.
Положив трубку и забрав документы он отправился на второй этаж, в кабинет Малькова. Последний, внимательно ознакомился с принесенными Игорем деловыми бумагами, и подписал их.
– У вас все нормально? – хмуро спросил Мальков Игоря.
– Пока, все о’кей, – улыбаясь ответил Игорь, – начинаем разворачиваться. Сам знаешь – по началу много суеты.
– Ничего , – также хмуро пробубнил Константин, – сейчас побегаешь, зато потом будет легче. Ну, если что, обращайся прямо ко мне. Будешь звонить Беневичу в Америку, передай от меня привет.
– Обязательно, – ответил Игорь. – Ну а у вас то, как дела? Что-то ты сегодня хмурый какой-то.
– У нас всегда все нормально, – сказал Константин,– мы иначе не работаем.
– Ну, дай то бог, – сказал Игорь, вставая, – побежал я. До встречи.
– Пока, до завтра, – кивнул Мальков.
Но, однако, расстались они не надолго. Не успел Игорь выйти из приемной кабинета президента компании, как события развернувшиеся вслед за этим, подвергли слова Малькова о благополучии фирмы, серьезным сомнениям. На встречу Игорю по коридору бежали люди в камуфляже, вооруженные короткоствольными автоматами. На всех были надеты черные вязанные шапочки с прорезями для глаз. Эти шапки полностью скрывали лица автоматчиков.
– Лицом к стене, быстро! – заорал бегущий впереди мужчина в камуфляже. Глупо было бы не подчиниться, если на тебя было бы направлено дуло АКС-У, а у тебя в руках лишь несколько листов бумаги свернутых в трубочку. Тем более, что по мере продвижения группы автоматчиков по коридору, у стены уже стояли несколько человек, случайно вышедших в коридор. К ним же, потихоньку, присоединялись другие сотрудники фирмы, которых камуфляжники выволакивали из кабинетов. Тут и там, по коридору слышались громкие возгласы и крики тех, кто хоть как-то сопротивлялся. С последними не церемонились: тычек дулом автомата под ребра, пинок солдатским башмаком и как правило этого хватало, чтобы усмирить ретивых.
Через пять минут стены были уставлены людьми, которые в независимости от пола и возраста, широко расставили ноги и, заложив руки за голову, пристально рассматривали рисунок обоев , которыми был оклеян коридор. Игорь заметил, что автоматчики ворвались и в кабинет Малькова.
После того, как сотрудники фирмы прикрыли своими телами стены коридора, по его ковровой дорожке в направлении кабинета Малькова прошествовал высокий мужчина в длинном кашемировом пальто темного цвета. Игорь, скосив глаз, пытался разглядеть эту важную персону, к которой он, вместе со всеми, приветственно повернулся спиной.
На вид мужчине было лет пятьдесят, он был черноволос, но с проседью. Скуластое лицо, тонкий чуть длинный нос, взгляд темных глаз был угрюмым и устремленным в сторону кабинета Малькова. За его дверями этот визитер и скрылся.
«Так, – подумал про себя Игорь, – похоже началось, менты наведались. Значит Мальков видимо переборщил где-то в вышибании долгов». Еще, он, с некой тоской, подумал, что Ольга была права, может не стоило было связываться с Мальковым и его конторой.
«Кстати, где сейчас она? Наверняка она тоже стоит в коридоре и ругает меня на все лады за то, что я не послушал ее совета. »
Ольга действительно стояла вместе с сотрудниками, работающими на первом этаже, у стены коридора. Она сразу после Игоря пошла в туалет, помыть чашки из под кофе. Вышла она из него в момент, когда во входную дверь фирмы с улицы ворвались автоматчики. Один из первых прибывших, гласил коридор воплем:
– Всем к стене, милиция!
Однако, охранник попытался удостоверится на самом ли деле это так, и попросил предъявить документы. Вместо ответа он получил несколько ударов ногами в пах и живот, после чего рухнул на пол как подкошенный. Нападавшие на него двое спецназевцев не угомонились на этом и продолжали колотить бедного охранника, уже в лежачем состоянии. Похоже, это было сделано для острастки остальных присутствующих. Нападавшие не церемонились и в дальнейшем, но уже были не столь жестокими.
Ольга аккуратно поставила чашки на пол и повернулась к стене. Рядом с ней поставили какую-то молоденькую секретаршу, которая постоянно хныкала, толи от неудобства этой нелепой раскоряченной позы, толи от обиды за свое униженное человеческое достоинство. С одной стороны Ольге было жаль девушку, с другой несколько раздражало постоянное хлюпанье соседки. Ольгу, прошедшую тяжелую жизненную школу, давно уже отучили плакать и причитать.
Читать дальше