Симон Versus - Дежавю

«Вроде бы взрослые люди…»

Глава 3.

«Ветер перемен»

Остаток недели я провел в сборах. Надо было передать Димке дела, закрыть оставшиеся пробелы в отчетах. «Безумный Макс» был в истерике. Каждый день он приходил на работу и в разных вариантах происходил один и тот же разговор.

– Я не собираюсь за тебя работать! «Фантик» без тебя, как дитя без отца. Кто его воспитает, уму–разуму научит?! Кто?

– Дим успокойся. Ты не меньше моего знаешь все «детские» болезни нашего генератора. Наладчиков толковых у нас хватает. Чего ты ноешь?

– Все шишки все равно мне собирать придется, как ответственному за проект. А ты здесь в эксплуатации отсидишься втихую.

– Все уже решено! Возьми себя в руки уже! Марина твоя этой командировки уже ждет – не дождется, на курорт практически едете. С Баренцева на Средиземное.

– На Средиземное это ты едешь! А нам в лучшем случае удастся на городской пляж сходить. Или ты думаешь, что турки нас в санаторий зовут? Ничего подобного. Пахать на нас будут, как на волах. Особенно при строительстве следующих очередей.

– Все, мне надоело тебя уговаривать. Не хочешь туда, напиши заявление. «Господин председатель» это всем дал четко понять.

– Нет, ну работу я не хочу менять. Но почему я?

– Да потому что некому больше кроме меня и тебя! А я лицом не вышел. Поэтому и остаюсь пока на птичьих правах, год дорабатывать, а что потом будет, одному Богу известно.

И такая дребедень целый день!

С Галей мы разговаривали только по работе, она бросала на меня сердитые взгляды, было видно, что она обижена. Правду говорят, что любовь зла! Один раз я не выдержал и попытался вымолить у нее прощение, пока мы были одни в приемной в ожидании шефа.

– Галина Сергеевна простите меня! Я виноват перед тобой со всех сторон. Перед дорогой я бы хотел с тобой помириться, для меня это важно.

– Хорошо. Подарите мне вашу машину!

Я рассмеялся.

– И всего–то?!

– Раз не хотите дарить руку и сердце, то хотя бы железного коня. Ну, или дом.

– А если серьезно?

– Серьезно не могу. Езжайте с миром. Когда вернетесь, я уже все равно буду на полпути в другую организацию. Я так решила.

– Хорошо, если тебе будет от этого легче.

– Павел Петрович! – вспылила Галя, – Вы…

Ситуацию исправил своим появлением Сан Саныч.

– Заждались? Я только от председателя. Они теперь с генеральным дверь в дверь сидят. Рука устала ЦУ записывать. Стенографистку ему завести что ли? Пусть даже за мой счет. А вы тут смотрю, времени даром не теряли? – и обвел нас многозначительным взглядом, от которого меня прошиб пот, а Галя густо покраснела.

– Заходи Петрович, будем думу думать.

Мы зашли в кабинет. Сан Саныч отдал мне листок, густо исписанный его мелким почерком.

– Что насчет этого скажешь?

– Судя по всему, график поставки какого–то оборудования, к каждому из которых приписано целых два «Элефанта». Все оборудование должно быть на местах до конца следующего года. Сроки урезаны до крайности. Неплохо было бы понять, что это за аппараты. «Wave converter». Что это?

– Что–то вроде модульных излучателей, а чего излучают почем знать. Но энергии им надо вагон. По два генератора на блок! Кстати, на первом «Элефанте» они планируют испытания этого излучателя уже в этом году. Блок–модуль этой дряни привезут сюда уже завтра. А запуск сразу после выхода «фантика» на расчетный режим.

– Что–то мудреное творится. Поживем, увидим. А «Элефанты» они и впрямь на конвейер ставят. Может оно и к лучшему. Мы бы столько генераторов за три года бы не произвели, а они за год хотят.

– Насчет поживем. Все сборы закончил?

– Да. Завтра вечером самолет. Даже не верится, что через сорок восемь часов мы будем в Фессалониках.

– Экскурсии будут?

– Конечно. По большинству интересных мест в Греции мы собираемся проехать. Пару дней хотим посвятить горным лыжам на Парнасе.

– Как будто своей зимы мало!

– И не говорите. Но гор ведь у нас таких больших нет! А там вечером можно купаться в Средиземном море, а утром кататься на горных лыжах. Ведь все это в трех часах езды.

– Смотрите не убейтесь там! А то мне похорон хватило за мою жизнь.

– Обижаете Сан Саныч, у нас почти все на лыжах с трех–четырех лет стоят. Хорошо, будем осторожны.

– Говорят, с вами едет наш гений–физик?!

– Откуда вести? От Вас вообще хоть что–нибудь скрывается?! Правду говорят, не спорю. Для меня это было более чем неожиданно.

– Сорока на хвосте принесла. Племянница моя у нее диссертацию пишет. Вот с Машей Гавриловой, мне кажется, у тебя точно будущего нет!