– Понял, – недовольно отозвался Привалов.
При его характере, Приваловым все воспринималось как игра в войну. Он стремился участвовать сразу во всем, во всех действиях группы. Сам факт, что кто-то будет действовать, а он только страховать, фактически стоять «на шухере», его очень удручал.
Доронин повернулся к Корнееву и показал на верхнюю часть трапа, где у входа в рубку торчал пират.
– Твоя задача, Сергееич, прикрывать меня, когда я пойду вверх в рубку и буду беззащитен. Только смотри не подстрели наших.
– Мы же договорились, что они не подходят к окнам и дверям, – возразил Корнеев.
– Мало ли что! Вдруг ситуация будет такой, что придется.
Доронин вытащил из кармана одну из припасенных еще в машинном отделении больших гаек и взвесил ее в руке, прикидывая силу броска. Пират, как назло, повернулся в сторону кормы и что-то там разглядывал. «Может, их катер отвязался, – подумал Доронин, – этого только не хватало. Как же мы отсюда уберемся после всего?»
– Рэмбо, – послышался в наушнике голос Привалова, – чего тянешь? Прошли нашу базу, далеко возвращаться будет.
– Не время, жди! – отрезал Доронин.
Пират все никак не мог наглядеться назад. Наконец он перестал созерцать корму, очевидно, ничего там особенного не было и парень просто задумался. Сомалиец наконец повернулся лицом по ходу судна, закинул руки за голову, стал сладко потягиваться. Доронин не стал больше ждать и, размахнувшись, швырнул гайку так, чтобы она упала примерно на пороге ходовой рубки. Гайка описала в воздухе дугу, звякнула о стойку ограждения трапа и упала на палубу. Пират у входа сразу перестал потягиваться и посмотрел себе под ноги. Доронин был уверен, что в рубке все услышали, как звякнула гайка, в том числе и Торин. Только он и Ирина знали, что это означает – сигнал, что группа готова поддержать последнюю часть операции по захвату пиратов и окончательному освобождению судна.
Громко сказанная Ториным по-английски фраза: «Ну, вот и все», – предназначалась Ирине на тот случай, если она не слышала сигнала снизу – брошенной гайки или гильзы. Сейчас она должна была приготовиться и по команде Торина действовать автоматом. Как только гайка звякнула о металл трапа и пираты удивленно посмотрели на порог, Торин дал Ирине команду приготовиться, положил руку на рукоятку ножа и через секунду дал уже по-русски команду к атаке – «бей!». Коротко и понятно.
Автоматная очередь с палубы прошила пирата, стоявшего на трапе. Он выгнулся в нелепой позе, получив несколько пуль в спину, колени его подогнулись, и он боком повалился на настил верхней площадки трапа. Торин, после своей последней команды, не дожидаясь стрельбы, но зная, что она незамедлительно последует, бросился на пол под ноги Мухаммаду. Пират, стоявший к европейцу спиной, уловил движение и стал поворачиваться. Еще только глянув в сторону своих бывших союзников, он понял, что вляпался в историю по самые уши. Он начал поднимать автомат, который держал до этого в руке опущенный стволом вниз, но не успел. Торин оказался быстрее. Он подсек ноги пирата классическим футбольным подкатом. Только, роняя Мухаммада, он внес некоторое не совсем спортивное дополнение к этому приему. Торин перехватил падающего пирата за шиворот его куртки и, несмотря на то что Мухаммад, падая, растопырил руки, помог ему треснуться головой об пол. Пират сразу обмяк, потеряв сознание.
Еще падая в подкате, Торин услышал автоматную очередь на палубе. Он успел заметить, как стоявший снаружи на трапе пират падал, сраженный пулями. В это же время над его головой грохнула автоматная очередь Ирины, которая стреляла по четверым пиратам, находившимся в рубке вместе со своим главарем. В ее задачу не входило уложить всех четверых, потому что Торин хотел взять побольше пленных для передачи йеменским властям. Один пират – это одно показание или одно запирательство при дознании, а несколько пиратов – это несколько показаний, даже если кто-то и начнет запираться. Кого-то всегда можно запугать, купить, уговорить прощением или мягким наказанием.
После команды Торина «бей!» Ирина открыла глаза, хотя уже перед этим успела осмотреться через полуприкрытые веки. Она не стала размахивать автоматом, перехватывать его для удобства стрельбы, как ожидал Мухаммад. Он вообще имел смутное представление, как спецназ учат стрелять из самых неудобных положений. Впрочем, Ирина стреляла из положения, которое нельзя было назвать таким уж неудобным. Она просто повернула свое вращающееся кресло, и автомат на ее коленях оказался направленным именно в ту сторону, куда и следовало. Первую очередь она выпустила по пиратам через голову Торина, когда он летел на пол.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу