А та ерунда, о которой он когда-то читал в давно забытых книгах, со смешными названиями "Любовь", "Дружба", "Честь", и которая, по словам тех же книг, не покупалась за деньги, ему была просто не нужна. Зачем?
Противный писк, на одной и той же визгливой ноте, настойчиво бился в барабанные перепонки, разрывая расслабляющую пелену утренней медитации. Какое-то время Кеннет еще продолжал по инерции плыть в сверкающем тумане, не понимая, что могло нарушить его покой, но унылые контуры окружающей реальности уже неумолимо проступали сквозь разрывы в искрящейся дымке. Переход был как всегда мгновенный, он осознал себя сидящим в позе лотоса на старом потертом ковре в дешевой однокомнатной квартирке, которую снимал уже много лет. Небрежно брошенный на стол пейджер надрывался, захлебываясь писком.
Скривившись как от зубной боли Кеннет потянулся к столу. Так и есть. Недаром вчера у него было какое-то смутное предчувствие. Бегущая строка раз за разом повторяла два слова: "Красный код". Он знал, что это значит. Вызов экстренной срочности. О том, чтобы закончить тренировку теперь не может быть и речи, а то, что прерванный процесс духовной регуляции опасен для здоровья, руководство Компании волновало меньше всего.
Не прошло и минуты, как Кеннет Карсон, ни чем не примечательный молодой парень лет двадцати пяти, вошел в двери станции метро и растворился в пестрой толпе спешащих по своим делам горожан. Уже довольно давно он вынужден был отказаться от вождения автомобиля, который с тех пор тихо доживал свой век, гния в гараже. Дело в том, что в последнее время у Кеннет все чаще случались видения, слава Богу, кратковременные продолжавшиеся всего несколько секунд, зато качественно выбивавшие на это время из реальности. Запределье не хотело отпускать, напоминая о себе даже в реальном мире. Кеннет давно свыкся с этими приветами с работы, но случись с ним такое за рулем, последствия могли быть ужасны. Так что пришлось скрепя сердце отказаться от вождения любого транспорта. Он прекрасно знал, что во всем виновата эта проклятая работа. И видения были отнюдь не самым большим злом, которое она ему доставляла. Он все равно никогда не мог толком вспомнить их содержания, как ни старался. Они проходили, оставляя после себя знобкую вялость в мышцах и смутное чувство вины и тревоги в душе, иногда память сохраняла лицо кого-нибудь из погибших друзей. Но все это было ерундой по сравнению с припадками черной меланхолии и снами, приходившими каждую ночь. Запределье держало крепко, а неплохое жалованье, гораздо выше среднего, и разовые премиальные за риск, после каждого задания, позволяющие никогда не задумываться о деньгах, были, по мнению Кеннета, весьма небольшой компенсацией.
Но надо честно себе признаться, в этом мире ничего путного из него не вышло, и вряд ли он смог бы найти другую работу, разве что стал бы чистить ботинки на улицах, или мыть посуду в каком-нибудь третьеразрядном баре. Другое дело там, в Запределье, за погружения в которое ему и платили. Но именно Запределье Кеннет ненавидел и боялся больше всего на свете.
***
Грохочущий, лязгающий лабиринт "подземки" выплюнул его за квартал от роскошного многоэтажного здания занимаемого Компанией. Вскоре Карсон уже стоял перед вращающимися дверями центрального входа. Над его головой переливалась неоновым светом красочная вывеска: "Компания Дрим, избавление от кошмаров. Быстро! Дешево! Эффективно!" Нарочно сплюнув мимо стоящей у входа урны, Карсон с независимым видом миновал жлоба охранника, не удостоив его даже взглядом, и оказался в просторном холле. Как всегда неожиданно, как чертик из табакерки проявился менеджер Компании Раф Полански, пожилой уже человек с вечно слезящимися глазами. Увидев, что пришел не очередной клиент, Полански разочарованно вздохнул и, вяло махнув рукой в знак приветствия, кивнул в сторону коридора, уводившего к шахте лифта.
- Иди в кабинет к шефу. Тебя давно уже ждут.
- Клиент?
- Да. Давай двигай.
Клиент - это серьезно, худшие опасения подтвердились, предстояла работа. Карсон медленно брел по коридору. Ноги, вдруг ставшие ватными, не хотели держать тело, казалось вот-вот подогнутся, под мышками выступил холодный липкий пот. Несмотря на все психические тренировки, он так и не научился бороться с этим отвратительным состоянием, всегда возникающим перед работой. Что делать, инстинкт самосохранения непобедим. И ничего постыдного здесь нет. Ничего не бояться только дураки и покойники. Важно уметь действовать вопреки страху. Кеннет умел.
Читать дальше