Иван Стрельцов - Псы войны

Во время очередного приезда депутатской комиссии в Баку в гостиничный номер Логинова пришел Рустам Гусейнов, но не один, а с полковником погранвойск.

— Знакомься, Александр Васильевич, полковник Коваленко, начальник разведки Закавказского погранокруга. Нужный нам человек.

— И чем же полковник может оказаться полезен? — поинтересовался Логинов.

Идея Рустама была проста и гениальна. Производство местных наркотиков было неоправданно рискованным предприятием, в то время как в Ираке этого добра навалом (из Пакистана, Афганистана, Турции). Была лишь одна проблема — доставка «груза» в Союз. Вот тут-то и пригодится полковник Коваленко. Как начальник разведки, Геннадий Васильевич знал все «окна» через границу и, главное, обладал достаточными полномочиями для того, чтобы обезопасить груз.

После разговора с Коваленко Александр Васильевич понял, что толкнуло его на этот шаг. Получив хорошее образование в военных учебных заведениях, пройдя служебную лестницу от взводного лейтенанта на заставе до начальника разведки округа, полковник ко всему еще обладал аналитическим складом ума (не последняя деталь в портрете разведчика). Так что стоило ему задуматься о том, что же дальше, как становилось ясно: крах системы и крах государства неизбежен. И эта катастрофа перемелет миллионы судеб, в основном это будут те, кто верой и правдой сложил власти, не задумываясь, правильная это власть или нет. Полковник Коваленко не хотел оказаться во всеобщей мясорубке, поэтому заранее решил поступиться честью офицера за большие деньги.

После заключения договора с Коваленко система Прохора заработала на полную мощность. Через «окна» пограничников контрабандисты тащили тюки с героином. Гарнизонный интендант Кязим Набуев обеспечивал отправку наркотиков из Баку в Москву. Благо самолеты военно-транспортной авиации курсировали все время.

Депутат Александр Васильевич Логинов по-прежнему контролировал систему транспортировки.

Лишь один Рустам Гусейнов, выделив несколько десятков своих людей, почивал на лаврах. «Трутня» моментально вычислил Прохор и сказал отъезжающему в Баку Логинову:

— Передай разведчику, Рустам не из своего корыта жрет. — Потом хмыкнул: — Зажравшемуся определена высшая мера.

Депутат вечером следующего дня передал пожелание Прохора Коваленко. Полковник ничего не сказал, но Гусейнова больше никто не видел.

В июле девяносто первого полковник Коваленко был списан в запас. Выезд из Азербайджана задержался из-за августовских событий. Но едва победила всенародная демократия, как полковник запаса, подобрав десяток сверхсрочников спортроты погранвойск, напал на здание МВД. В перестрелке двое «сверчков» погибли, а полковник потерял глаз, но зато трофей из служебного склада вещественных доказательств составил триста килограммов чистейшего героина.

Сбыв наркотик и получив свою долю, отставной полковник, пенсионер Коваленко, выехал на родину предков — Украину.

На этом их бизнес прекратился, хотя связь они поддерживали по-прежнему. Логинов время от времени позванивал Коваленко, интересуясь делами бывшего компаньона. Экс-полковник, не найдя ничего лучшего, устроился начальником боевой подготовки в военно-полевом учебном центре националистов. Передавал им опыт, накопленный за долгие годы службы в погранвойсках.

Иногда Александр Васильевич обращался с просьбами, его интересовали бывшие сослуживцы Геннадия Васильевича. Как правило, такие люди нужны были для поездки с конкретным заданием за рубеж. Где не могли справиться тупорылые «быки» и дохляки с университетскими дипломами, там без особых усилий справлялись военные профессионалы. Хорошо заплатив, Логинов больше одного раза их не использовал, и уж тем более не брал на постоянную работу. Он никогда не забывал, что погранвойска были одним из управлений КГБ. Мало ли что может взбрести в голову бывшему чекисту, если он узнает, что синдикат занимается в основном наркотиками.

В полдевятого вечера Александр Васильевич вышел из гостиницы и, сев в такси, отправился на квартиру Коваленко. Полковник жил почти в центре Львова. Рассчитавшись с водителем, Логинов вошел в дом.

Поднявшись в лифте на шестой этаж стандартной панельной девятиэтажки, он позвонил. Обитую темно-коричневым дерматином дверь отворила моложавая женщина.

— А Геннадий Васильевич уже дома? — спросил приезжий.

— Да, только вошел, — спокойно проговорила женщина, пропуская Логинова в квартиру.