Белль Аврора - Неукротимый

Подкупить девушку, проводящую тест, чтобы она заменила слюну Лекси своей собственной, было проще, чем я предполагал. За это я отвалил ей пятьсот тысяч долларов.

Как и в любой зависимости, мой порыв вернуть её, был чересчур сильным, чтобы с ним бороться. Лекси была моей зависимостью. Я написал ей. Как только я это сделал, то положил телефон на стол и зажмурился.

Заявляю вполне официально.

Я никогда не позволю ей уйти.

Идя к шкафу, чтобы взять новый картридж для принтера, я вдруг останавливаюсь, как вкопанный, когда слышу приглушенный разговор, доносящийся из соседней комнаты.

Мои брови сходятся на переносице. Я подхожу поближе, чтобы подслушать:

— Это был твой первый раз?

Линг.

Ответа нет.

— Ничего страшного, если это правда, — продолжает допытываться она. — Ты отлично справился.

— Это у меня не в первый раз.

Майкл.

Он сказал это так, будто защищался.

Гнев закипает у меня в жилах.

— Майки, малыш, — продолжает Линг, — в этом нет ничего страшного. Правда, это....

Открываю дверь и натыкаюсь взглядом на спутанные волосы и полурасстегнутую рубашку Майкла. Я в бешенстве.

— Возвращайся к работе, болван.

Майкл подскакивает по стойке «смирно».

Смотрю на рассерженную Линг, я указываю на нее пальцем, и с угрозой в голосе, и говорю:

— Нам с тобой необходимо это обсудить.

Покидаю место преступления, и слышу, что следом за мной идет Майкл. Заикаясь, он говорит:

— Н-н-но, вы ничего еще мне не поручили, — и быстро добавляет: — Сэр.

Подойдя к своему кабинету, я понимаю, что больше на него не сержусь. Просто теряю к этому интерес.

— Хочешь, чтобы я сказал тебе, что делать? — спрашиваю я. — Возьми-ка из шкафа ручку и записную книжку, вон там, — я указываю в левую часть комнаты, и он бежит туда, пытаясь быть быстрым настолько, насколько это возможно.

Сажусь за стол, и наблюдаю, как ко мне подходит Майкл, глаза его широко раскрыты, а я принимаюсь диктовать:

— Номер 1 в твоем списке «Не делать» ....

— В списке «Не делать»? — сморщившись, переспрашивает он.

Игнорируя его вопрос, я поигрываю ножом для вскрытия писем, который обычно лежит у меня на столе.

— Номер 1 – «Не трахаться с Линг».

Наконец, переводя взгляд на Майкла, я вижу, как вспыхивает его лицо.

— Он-она сказала, что вы разозлитесь, если я этого не сделаю, — поясняет он тихим голосом.

О, блин. Мне хочется жестко ее наказать за подобное манипулирование ребенком. Без сомнения, он был еще девственником. Она и правда, больная на всю голову.

Не то, чтобы я был святым.

Выражение моего лица, должно быть, отражает все, что в этот момент я думаю о Линг, потому что Майкл начинает паниковать:

— У нее будут проблемы?

— Номер 2 в твоем списке: «Не делать». Не злить меня, — продолжаю я, не обратив на его слова никакого внимания.

Но он все еще заинтересован судьбой Линг.

— Вы не...— он с трудом сглатывает, — вы ведь не сделаете ей больно?

Усмехнувшись, я высоко поднимаю руку, и резко, с глухим стуком, опускаю на свой стол нож для писем.

Протыкаю мой чудовищно огромный стол так, что нож остается в вертикальном положении. Указывая на него, я выдаю последнюю инструкцию:

— Номер 3 в твоем списке: «Не делать». Никогда, я ясно выражаюсь? Майкл, никогда не задавай мне вопросов.

Он моргает, прежде чем понимающе кивнуть, и записать мои указания. Майкл так напоминает мне самого себя в его возрасте, что у меня появляется некое чувство к этому мальчишке. Что-то почти отеческое.

Закатив глаза, я глубоко вздыхаю.

— Чувак, я могу поднять руку на женщину только тогда... — я ухмыляюсь, когда вижу его заинтересованный взгляд, — когда она сама меня об этом попросит.

Подходя поближе, Майкл оглядывается на открытую дверь, прежде чем наклониться и прошептать:

— А это часто происходит?

Одному Богу известно, что заставила его делать Линг.

— Нет, — отвечаю я, стиснув челюсть. — Такое ты не часто увидишь. Но да, некоторым женщинам подобное нравится.

Желая ударить себя кулаком по лицу за использование ярлыков, я объясняю так, чтобы Майкл смог понять лучше:

— Хотя это и не считается нормальным.

Еще раз кивнув, я переключаю свое внимание на экран компьютера, и небрежно машу ему рукой.

— Свободен.

Запаниковав еще сильнее, он говорит прерывистым голосом:

— Но вы все еще не дали мне никаких поручений!