Мишель Уоррен - Он+Она

- Ты сводишь меня с ума, - его губы касаются моего лба.

Накрутив подтяжки на запястья, сжимаю их пальцами. Таким образом привязав его к себе, мы вместе опускаемся на землю. Стоя на коленях лицом к лицу, я уже больше не могу сдержать желание поцеловать его, во мне растёт желание снова ему отдаться целиком и без остатка. Расстёгиваю его брюки, стягиваю подтяжки с сильных плеч, тем самым освобождая его и себя от всей одежды, пока наши тела не начинают полностью дышать.

Мы находимся на равных, когда стоим голые в ночи. Хью берёт инициативу на себя, а я ему подчиняюсь. Он медленно укладывает меня на землю. Тянется к розе, которую я уродила рядом. Дразнит меня цветком, нежно гладя лицо пахучими лепестками и обводя кругами мою стоячую грудь. Тело реагирует на каждое прикосновение выгибанием спины, напряжением мышц пресса, ознобом по коже. Сжимаю руками ткань под нами. Все чувства обострены. Он перемещается ниже, лепестки скользят, чувственно касаются бёдер и ног. В конце концов он переходит к поцелуям, не забывая и о ногах. Каким-то образом, Хью узнал о моих эрогенных зонах: лодыжки, кожа под коленками и внутренняя поверхность бёдер. Пальцы на ногах сжимаются каждый раз, когда наши тела соприкасаются.

Хью не оставляет ни одного места без ласки. И когда он наконец входит в меня, я охотно растворяюсь в нём, позволяя нашим телам слиться в одно целое. По телу мгновенно проносится поток похоти, на гребне которого меня несёт к краю водопада.

Глава 43

Он

Обнявшись, мы лежим посреди виноградников, опьянённые друг другом. Ши прижимается к моему плечу. Ничто в жизни ещё не было настолько правильным и идеальным. Целую её макушку, а она указывает пальцем на мерцающие звёзды. Ночь волшебно опускается на землю, также и мы чудом оказались здесь. Звёзды и полная луна освещают эту девушку, словно они тоже в курсе того, что известно мне - она особенная.

- А как называется вот эта звезда? - спрашивает она.

- С чего ты решила, что я знаю?

- Ты производишь впечатление человека, который обладает огромным багажом бесполезных знаний.

- Не уверен, комплимент это или нет.

Она поворачивается и нежно кусает моё плечо.

- Расскажи, расскажи, расскажи, - повторяет она монотонным голосом.

- Ладно, уговорила. Вон там Большая Медведица. Я знаю это только потому, что вместе со всеми остальными картами у меня была ещё и карта звёздного неба.

- А вон там? - она указывает в другом направлении.

- Созвездия Лиры, Геркулес, Северная Корона, Дева, Чаша, Лев, - говорю без остановки, указывая пальцем в различные части неба. - Хочешь, чтобы я продолжил?

- Что ещё ты знаешь? - с вызовом спрашивает она.

- Глаз страуса больше по размеру, чем его мозг.

- Не останавливайся, пока я тебе не скажу, - она целует мою руку.

- Космонавты не могут плакать в невесомости.

Её влажные губы скользят по моему плечу, плавно перемещаются к груди, покрывая бесчисленными поцелуями. Каждый необычный факт, о котором я сообщаю, позволяет мне заслужить ещё больше внимания, но со временем начинаю запинаться и терять концентрацию, поглощая её ласки.

- Мы ещё не закончили, - кончик её языка кружит по моему прессу.

- Леонардо да Винчи изобрёл ножницы … невозможно достать локоть языком. - Этот бесполезный факт заставляет Ши сесть и странным образом выкрутить себе руку.

- Ты прав. Я не могу. Ты такой умный!

- Перед сексом у мужчины быстрее растут волосы, - продолжаю я с ухмылкой, надеясь, что она вернётся к моему телу.

Последний факт производит желаемый эффект, и она опускается на меня так, что наши обнажённые тела снова соединяются вместе. Её рука зарывается в мои волосы, наматывая пряди на пальцы.

- Похоже, они стали немного длиннее и их стало больше, - признаёт она.

- Больше? - сжимаю её в объятиях. - Это не единственное, что стало больше.

И тогда я набрасываюсь на неё. Она кричит, хихикает, дёргает ногами, но затем сдаётся, когда я оказываюсь на ней, держа руки над головой и зажав бёдра собой. Она тяжело дышит от смеха. Ши ещё никогда не была настолько красива, как в эту ночь. Мои ладони скользят по её рукам, губы ласкают кожу, а затем мы снова сливаемся в поцелуе. В продолжение прелюдии, мой рот опускается к её вишенке, желая вновь овладеть ей. На этот раз всё происходит более игриво, и я осознаю, что мы слишком шумим, однако меня это не особо волнует. Во всяком случае до того момента, пока я не слышу звук, который точно исходит не от нас.