Без автора - Русуданиани

Я — один из рабов твоих, ибо моим ослепшим глазам вернул ты свет и Мисри, сын мой, жив благодаря тебе.

Мы оба — покорные слуги твоего трона. Послушай меня, старика, не сиди с нами рядом ни на пиру, ни в дороге. Когда господь посылает человеку богатство, он должен возблагодарить [небеса] и принять его милости. Как же ты можешь сидеть рядом с Мисри?»

Отвечал Зав: «Негоже сидеть мне отдельно от моих любимых братьев. Отныне, как и подобает тебе, управляй моими делами. Ты отец мой, а я твой младший сын, и никто не посмеет ослушаться тебя».

Царь поставил для Зава тяжелый и высокий престол, прекраснее которого не сыскать, и трон поменьше — для индийского царевича: «Он гость и сын великого государя, а другим не подобает сидеть рядом с ним». Когда Зав пришел, царь встретил его и посадил на большой трон, потом на меньший престол пригласил индийского царевича. Сказал он так: «Сесть следует вам, а я и Мисри будем стоя вам прислуживать». Не позволил этого Зав [и сказал]: «Я сяду рядом с египетским царем, а Мисри пусть сядет с Горшарабом». Некоторое время они спорили. Поскольку Зав не уступал, царь сказал так: «Не обижайся, Зав, я сяду с индийским царевичем, а Мисри пожелал быть твоим рабом, так пусть стоя прислуживает тебе».

В тот день отдохнули они, а назавтра велели трубачам протрубить сбор. Пришел к Заву старый царь и молвил: «О государь солнцеликий! Отчего не сядешь ты на слона, на высокий трон, украшенный балдахином, рядом с солнцем сверкающим? Такое величие даровано тебе господом, а ты столько стран объездил на простом коне и без венца. Не по царскому обычаю это. Ты молод, видел много прекрасного, много дивных сокровищ стяжал и думаешь, что осудят тебя. Или из любви к отцу поступаешь так? Не хочешь вести себя по-царски и называть себя царем. Но что скажут люди, не ведающие о твоем царском роде: если не царь он, то откуда у него столько богатств? До возвращения в свое царство ты — царь, а когда вернешься в Китай, пусть свершится то, что угодно богу или отцу твоему, царю Зостеру, обрадованному встречей с тобой».

Услышав эти речи, Зав тотчас велел привести красиво убранного слона. На слоне установили престол, украшенный драгоценными камнями, похожий на небо, усыпанное звездами, поставили балдахин из алого яхонта, на голову Заву надели венец из желтого яхонта, приставили лестницу, поднялся Зав на шестьдесят ступенек и сел на престол, а царевичи сели на коней и поехали. Потом привели слона для царевны Маврид с престолом и балдахином от морского царя. На голове у нее был его же венец. Из любви к брату не пожелала она больше никакого венца и престола. За ней следовали женщины ее свиты.

К полудню подошли они к тому лугу, где Зав встретил табун. Вспомнил Зав свои приключения и то, как он был измучен голодом и жаждой и как увидел табун диких ослов. Попросил Зав привести ему верного коня. Тотчас привели вороного, сел на него Зав и поскакал вперед и опять увидел табун диких ослов. Последовали за ним царевичи и подогнали животных к войску. Перебили всех, и ни один живым не ушел. Потом сказал Зав египетскому царю: «Я бы тогда же отправил ослов на съедение волкам, но припрятал их на сегодняшний день. Сегодня я никуда больше не пойду, раз господь послал мне готовый ужин».

Услышал это царь, соскочил с коня и велел войску спешиться. В тот день пировали они там. На следующий день отправились в путь. Когда подошли к горе, спешились у родника, где Зав сразил дракона; показал Зав то место и «рассказал, как схватился с драконом. Все безмерно возрадовались, пять дней пировали, а потом собрались и прибыли в столицу Египта. Встретили их горожане с большой радостью и весельем, осыпали драгоценными камнями, золотом и серебром, так что [под самоцветами] земли не было видно. И сказал египетский царь: «Горе всякому, кроме нищих, кто возьмет хоть одну драхму!»

Когда до дворца остался трехдневный путь, царь послал Мисри вперед с наказом: «Пусть вынесут из сокровищницы столько парчи, чтобы постелить на дороге, и множество драгоценных камней, сто лучших певцов и музыкантов пусть выведут нам навстречу, воскурят амбру и мускус. А мы до твоего прихода отсюда не двинемся». Пошел Мисри и полностью выполнил наказ отца.

Когда Мисри вернулся, трубы затрубили сбор, привели белого слона с изумрудным престолом на спине высотой в восемьдесят шагов. Установили паланкин из чистого яхонта. Вынесли два алмазных венца: первый — Для Зава, второй — для Маврид. Посадили их рядом на престол. С одной стороны встал египетский царь, с другой — его сын Мисри. Под ноги стелили златотканую парчу, воскуривали благовония, сыпали жемчуга и лалы. Рядом шествовали певцы и музыканты и пели сладостными голосами.