Анна Михальская - Профессор риторики

А потом, когда Витька ушел, а Хай Чжэн остыл, он сказал: «А по нашей традиции самое главное – это родители». Вот так.

Но самое интересное, что потом Хай Чжэн, когда мы вместе с немками-волонтерками ели уже этот арбуз, говорит: «Да, давно я не пробовал наших арбузов! Ох, какой вкусный арбуз! Только у нас такие бывают вкусные». Все захихикали и говорят: «Да наши-то арбузы тоже ничего. Бывают даже очень». А он отвечает: «Да, у вас тоже. Но ведь это особый сорт. Чувствуете разницу? Особый сорт! Такие только у нас!» То есть он абсолютно поверил, что Ники из самого Китая, из Пекина, из Бейджина то есть, этот арбуз ему в Бубенцы от родителей привез вместе с другими подарками.

– Но Ники на самом деле сделал одну очень большую ошибку. – Викинг налил себе еще бокал. – Потому что Ники был настолько взбудоражен своей идеей этой вот, что надо за один день добраться до Хай Чжэна в Зайцеве, что сам не понял, что причина всего этого маразма-то была в нем самом. Только в нем. Он все ждал Вовку, и когда выяснилось, что Вовка их никуда не повезет – не может повезти – потому что он в Торопце волонтеров встречать должен, – так Ники пошел знакомиться с этими девочками немецкими… Там же было в Фуфлово еще несколько девочек немецких, тоже волонтерок, – так вот, он стал им говорить, что вот типа Волоков его подвел, обещал повезти в Зайцево, а что он с двумя китайцами договорился на один день приехать, а Волоков вроде как все сорвал… что вот он обещал, значит. А теперь вроде все не так… В общем, мне рассказывал Вовка сам об этом. У него, знаешь, свои там отношения какие-то с этими девочками; чего-то девочкам нравится, чего-то девочкам не нравится, но Ники взял и, типа, на него накапал. Что он необязательный такой, подвел его… И начал на него мести. А Ники по-английски хорошо говорит, и девочки эти немецкие тоже понимают, в общем, Вовка приходит такой совершенно… Ну, неприятно же, понимаешь, девочки за свое волонтерство и работу на базе Волокову деньги платят, а тут вроде как неуверенность какая-то в нем появляется… Нехорошо, в общем. И Волоков, несчастливый такой, мне говорит: зачем так делать? Так делать нельзя.

– Абсолютно. Конечно. Нечего было капать, – быстро согласился Алексей. – Ну, я тебе могу сказать, что не знал просто этого. – Это чтобы викинг почувствовал, что родительское осуждение последовало бы непременно.

– Я могу объяснить только тем, что парень в фрустрации был, не понимал, что он делает, – заявил викинг снисходительно, демонстрируя великодушие и справедливость.

– Да-а…

– Конечно, так нельзя, тем более что он сам создал эту ситуацию от начала до конца. – Викинг не мог все же не выразить своего подлинного мнения. – Какие претензии там к Волокову… Ну, человек сегодня занят и не может поехать в Зайцево. Ну и что, что тут такого? Позагорали бы с китайцами в Фуфлово, на озеро вон сходили, лошадь, елки рассмотрели бы получше. И к вечеру в Торопец, на поезд и в Москву. А Хай Чжэн – ну, написали бы ему записку. Что приезжали, и пришел бы он из Зайцева когда-никогда, прочитал записку, поел бы арбуза, получил подарки. В чем проблема-то?

– Ну, вообще-то Ники с Волоковым созванивался перед этим, – чуть извиняющимся тоном заговорил Алексей, – и Вовка сказал, что их повезет. В Зайцево.

– Он сказал, потому что у него в плане это было, туда ехать. А планы, сам знаешь, меняются. Ну какого хрена он бы туда поперся? Просто так-то? – Викинг крутанул бордо в прозрачном стекле и глотнул.

– Ники в любом случае неправ – это даже обсуждать нечего – это абсолютно… Стопроцентно… Хотя Волокова я знаю. Это семь пятниц на неделе. Это тоже, знаешь…

– Я тоже знаю, и это так, Леха, но, с другой стороны. Понимаешь, ну, тут серьезная работа, дела серьезные. И ради мальчишек каких-то… И какие могут быть претензии?

– Нет, претензий никаких.

– Ну конечно, почему Вовка должен строиться под капризы какие-то? Арбузы развозить с китайцами? По работе если нужно там, ну, это можно было бы понять.

– Ну да, у Ники это придурь, да.

– Ну да. Просто блажь. Причем ни Хай Чжэну это не нужно было, никому… Просто блажь. И даже Ники это не нужно было самому. А уж китайцам и лошади хватило. С головой. И ради нее одной съездить стоило. Потом, почему он не показал им русский лес? На бобровую плотину бы сводил… И китайцы были бы счастливы. А то он вместо того, чтобы устроить им приятное время, замучил их только.

На этом рассказ и обсуждение иссякли, как и темная жидкость в бутылке. И мы с Алексеем вышли на ночной проспект Мира, и ноябрьская грязная слякоть поглотила наши следы к метро.