Анна Михальская - Профессор риторики

Я тоже пошла. Вина я уже давно не пила, но викинг меня привлекал. Он был хороший рассказчик, спокойный, со своеобразным юмором – ледяным, чуть зловещим, опасным, как трещина льда, скрытая под снежным наметом.

И я не ошиблась: на этот раз я узнала кое-что из жизни Ники. О поездке к китайскому другу – на самом излете чувства его всплеск не остался незамеченным, и викинг не преминул сделать из этого одну из своих холодновато-забавных историй.

Говорили двое: он и Алексей. Тот тоже кое-что видел. А я – я только слушала. В самых общих чертах я знала, что Ники ездил навестить своего друга Хай Чжэна на Волчью ферму, на базу, где студенты жили и изучали волков, а Алексей ими руководил – то есть студентами. Но и некоторыми волками – теми, что были выращены из крохотных месячных щенят и содержались в вольерах. Дикие же волки жили отдельно, в лесу. Волчья ферма – общее название для нескольких брошенных деревень, где размещалась база: Бубенцы, Фуфлово, Зайцево.

Ники с Ли Мином и лягушонком Вэй Юнем отправился на Волчью ферму почему-то именно тогда, когда Хай Чжэн был завезен на грузовике за шестьдесят километров от центра базы, в нежилую деревню Зайцево. Там китаец и был оставлен, чтобы записывать на магнитофон вой дикого населения окрестных чащоб.

Я знала также, что хозяин базы – Вовка Волоков – условился с Ники не только встретить их на вокзале в городе Торопец, где венчался некогда со своей юной Сашенькой святой князь Александр Невский, и довезти не только до центра Волчьей фермы, то есть до Бубенцов, но еще и свозить в Зайцево к Хай Чжэну.

Но обещание свое Волоков как-то нарушил. Встретить-то встретил и в Бубенцы привез, а оттуда в Фуфлово, а вот в Зайцево наутро ехать отказался. Это я поняла из скупых Никиных фраз, выдавленных сквозь сжатые зубы, когда мы пили чай после его возвращения от волков и друзей в Тверской губернии. Фраз было совсем мало, но и их хватило, чтобы выразить презрение к людям вообще, муки неразделенных чувств, боль неверия в жизнь, скорбь от всех нестроений ее и горькую обиду на предательство.

Привожу разговор Викинга и Алексея, для меня исполненный невыразимой тоски отлетающей любви. Она еще здесь, еще витает, но все отдаляется, и нет у нее сил вернуться, как бы того сама она, владычица Любовь, ни хотела… Нет сил…

Не знаю о китайцев судьбе, – сделав маленький глоток бордо, в предвкушении будущего своего рассказа сказал викинг. Ему нравилось понемногу отпивать терпкое вино и смаковать слова. – А Вовка тогда уже должен был встречать в Торопце иностранцев – ну, студентов-волонтеров из Германии, потому никак не мог везти Ники дальше остановки на шоссе, по дороге к Зайцеву. Ну, в результате Ники потащился – то есть это то, как я знаю эту историю, – потащился с двумя китайцами (и с подарками, которые привезли они из Москвыдля Хай Чжэна), из Бубенцов назад, снова в Фуфлово, где они ночевали, в общем, это была какая-то мука, идиотский какой-то мазохизм… Приятную поездку – то есть они заплатили огромные какие-то деньги за билеты, он ведь всех этих китайцев потащил – приятную поездку превратил в какое-то сплошное мученье. В результате Ники добрался чуть ли не пешком, за шестьдесят-то верст, до Зайцева этого и привез подарки эти Хай Чжэну, но самое главное, что все эти мучения того не стоили, потому что, как он сам сказал, китайцу абсолютно по барабану, есть эти подарки и еще два китайца или нет этих подарков и еще китайцев.

– Ники не добрался до Зайцева, – сказал Алексей.

Не добрался?

– Не добрался, нет. Там же дальше было у этой истории драматичное совершенно развитие…

– А дальше я просто не знаю. Просто не знаю эту историю.

– А дальше там… Нет, во-первых, как Ники уезжал. Он встал в Фуфлово, куда их накануне Волоков привез, в четыре утра и почему-то решил, что вместо того, чтобы пройти до остановки девять километров или сколько там? Одиннадцать?

– Сейчас скажу тебе. Нет, там меньше. От Малашей до Бубенцов одиннадцать. Значит, от Фуфлово до остановки… до остановки километров семь.

– Семь… Ну, шесть…Ну, так вместо того чтоб пройти шесть километров… вместо этого он встал в Фуфлово чуть не в три утра и сразу пошел будить людей, чтоб искать попутку. Ну и, конечно, из-за этого его чуть не застрелили… Там же местные жители, представляешь, ну кому же интересно, когда в четыре утра в окно барабанят и говорят – а не подвезете ли километров шесть? Вот. А потом он потратил какое-то безумное совершенно количество денег, чтобы проехать эти странные шесть километров, которые за час пешком проходятся по нормальной дороге…