Карен Уайт - Музыка ветра

Она снова нацепила очки себе на нос.

– Что меня поразило во всей этой истории – так это то, что изначально самолет не должен был лететь над материковой частью суши. Первоначальный маршрут пролегал несколько восточнее, над океаном. Но в этой части океана на тот момент шли какие-то военные учения, и все пассажирские самолеты были перенаправлены на другие маршруты. Из-за этого время полета удлинялось на целых пятнадцать минут. И это помимо других задержек, которые могли возникнуть по ходу полета. И меня почему-то долгое время не отпускала от себя эта цифра. Пятнадцать минут! Вполне возможно, именно эти дополнительные пятнадцать минут и спровоцировали все остальное. – Она зябко повела плечами. – Впрочем, истинной причины нам никогда не узнать.

У меня вдруг возникло странное чувство, будто мне надо немедленно предупредить всех этих несчастных людей, привязанных ремнями к своим креслам. Я снова взглянула на фигурки пассажиров, примерив на себя роль Вседержителя, способного повернуть время вспять. Но что можно Богу, то не под силу человеку… обычному человеку. Такому, как я. Простой смертный может лишь наблюдать за тем, как развиваются события, неподвластные его воле.

– В одной из последних статей, посвященных этой трагедии, – продолжила свой рассказ Дебора, – сообщалось, что все полетные записи черных ящиков были впервые востребованы для серьезного анализа лишь спустя какое-то время, уже в шестидесятых годах. Специалисты хотели выяснить, не получали ли пилоты каких-нибудь предупреждений непосредственно перед самим взрывом. Конечно, случись такое расследование спустя десять лет, когда уже появились технологии, с помощью которых можно было бы расшифровать любые записи, то тогда… Согласитесь, самое трудное – это не знать ответа на вопрос, так что же стало причиной катастрофы.

Я кивнула головой в знак согласия, но с отсутствующим выражением лица, потому что в этот момент мое внимание привлекла одна деталь, которой раньше я не замечала.

– Взгляните! Все сиденья пронумерованы, как и ряды кресел тоже. Интересно, имеют ли эти куклы реальное сходство с теми пассажирами, которые сидели на этих креслах?

Дебора взглянула на меня с плохо сдерживаемым возмущением.

– Конечно! Как иначе? Если уж Эдит бралась за что-то, она не отступала ни на йоту от того, что было в действительности. От ее внимания не ускользала ни одна мелочь.

Я выслушала Дебору с рассеянным видом, сконцентрировав все свое внимание на куклах, выполняющих роль тех невинных жертв, которые, ничего не подозревая, неслись навстречу своей гибели. Вот молодая женщина. Судя по фасону платья, она беременна. Маленький мальчик в шортах, пиджачке и с аккуратно повязанным галстучком сидит рядом с почтенной дамой с седыми букольками и в нарядной шляпке. Я отпрянула назад, словно вдруг стала невольным свидетелем чужой беды.

Гиббс бросил на меня сочувственный взгляд.

– Наверное, бабушка, в меру своих сил, тоже пыталась разгадать тайну этой трагедии. Вот почему сама модель самолета напоминает пазл, сложенный из отдельных фрагментов. Причем некоторые части самолета и вовсе отсутствуют. Но поскольку бабуля была вхожа в кабинеты полицейского управления, то наверняка знала о том, какие фрагменты разбившегося самолета были обнаружены, а какие нет. Само собой, она сделала копии со всех найденных обломков. А те части самолета, которые так и не были обнаружены, воспроизвела в своей модели с помощью прозрачного пластика.

– А вы знаете, откуда летел этот самолет и куда направлялся?

Странно, но это вдруг стало важным для меня. Вполне возможно, обычная человеческая реакция: всячески дистанцироваться от жертв той трагедии, высветить все, что разделяет твою и их жизни. В конце концов, просто для того, чтобы убедить саму себя, что с тобой уж точно никогда не может случиться ничего подобного.

– Самолет летел в Майами. По-моему, из Нью-Йорка. – Дебора сосредоточенно нахмурилась. Даже очки сползли у нее почти на самый кончик носа, когда она снова склонилась над моделью самолета и стала разглядывать вывороченные наружу куски металла на правой части фюзеляжа. – Наверное, это и есть тот таинственный проект, над которым Эдит трудилась все последние годы. Непонятно только, почему она не хотела ни с кем делиться о том, над чем она работала. Кстати, ее муж погиб в ту же самую ночь, в ночь катастрофы. Я хорошо это помню. Его машина врезалась на полном ходу в какое-то дерево. В полиции тогда посчитали, что его водительское внимание отвлек момент взрыва. То есть мужа уже не было, тогда зачем было устраивать такую секретность вокруг модели самолета? Ведь больше некому было порицать ее за столь необычные увлечения…