Таня Валько - Арабская сага

Марыся спешит отправить Надю в школу и с дрожью в сердце едет к Хамиду. «Что же на этот раз случилось? Во что замешан этот паршивый англичанин? К чему он принудил или может принудить бедную влюбленную в него по уши Дарью? Я чувствовала, что он какой-то скользкий, – негодует она. – Почему мы выбираем таких мужчин?!»

– Привет, Мириам.

Хамид приглашает ее в дом и указывает на удобное кожаное кресло в гостиной. На этот раз он в европейской одежде – в джинсах и рубашке.

– Я уже «добыл языка» и задействовал разведывательные службы Саудовской Аравии и Дубая. Не знаю, куда это нас приведет: наверняка этот хитрый убийца заметает следы.

Марыся поражена до такой степени, что у нее начинает шуметь в голове и звенеть в ушах.

– Убийца?! Какой убийца?! Понимаю: хам, подозреваемый в каком-то мошенничестве, но чтобы сразу обвинять его в преступлении! И почему ты связываешь его с проклятым «Исламским государством»?! Ты не преувеличиваешь?!

– Нет, моя дорогая, – спокойно отвечает Хамид, который прекрасно понимает ее волнение. – Верь мне, я тоже, учитывая, что это касается тебя и Дарьи, хотел бы, чтобы это был обычный бандит.

– Кто он, черт возьми, и в чем ты его подозреваешь? – вздыхает она глубоко, пытаясь успокоиться.

Мужчина, видя, что она расстроена, наливает ей холодной воды, которую Марыся выпивает одним глотком.

– Въехал сюда по британскому паспорту на имя Джона Смита, чистому как слеза.

– Достаточно распространенная фамилия, ты не находишь?

– Да, но ему ее дал его отец-англичанин, как дал хорошее образование, любовь и терпение. Его мать, сирийка, происходит из достаточно современной семьи, поэтому она могла выйти замуж на немусульманина. Событие в арабских странах.

– И что дальше? – подгоняет женщина, желая наконец услышать самое худшее.

– Родители развелись. Неизвестно почему спустя некоторое время европеец взял ребенка к себе. Наверное, молодая мама не справлялась с ним. Он определил его в частный колледж в Лондоне. Позже этот способный мерзавец окончил Вестминстерский университет и получил диплом магистра с отличием.

– Пока что звучит неплохо. Почему же ты меня пугал «Исламским государством»? В этом весь ты! – высказывает претензии вспыльчивая женщина, хотя Хамид старается просто спокойно ввести ее в курс дела.

– У Джона Смита есть также другое лицо – Ясем Альзани. Мать и сирийская семья называли его в детстве Ясемом, а фамилию он взял по дедушке. У мужчины два паспорта: европейский – для Запада, по которому он путешествует беспрепятственно как житель Европы, другой – для арабских стран. Ясем Альзани – это исключительный изверг, который к тому же любит появляться на публике и светиться в медиа. Вот пара фотографий, которые я выудил в интернете. Фильм не буду показывать…

– Снова какая-то твоя глупая цензура?! – возмущается Марыся, потому что создается впечатление, что Хамид сошел с ума в поисках терроризма и джихада.

– Как хочешь.

Мужчина, знающий бывшую жену, понимает, что она захочет получить от него подтверждение, поэтому предусмотрительно приготовил ролик на ютьюбе. Но по привычке начинает с более приемлемого.

– Вот снимки. Узнаешь его? – показывает он фото типичного, хоть и со светлой кожей араба в традиционной одежде.

– Нет, нет, не очень… – всматривается в фотографию Марыся. – У него другие глаза. Эти его голубые зенки сразу врезаются в память.

– Об этом, собственно, и речь. Он изменяет цвет глаз – и мы уже говорим, что это совершенно другой человек, потому что запомнили его с голубыми глазами, которые являются его особой приметой.

– Кроме того, здесь у него другая особая примета. Эту родинку над глазом невозможно не заметить, да?

– Ты женщина и должна знать, что с помощью косметики подобный недостаток легко можно скрыть, – говорит Хамид с улыбкой.

– Меня это по-прежнему не убеждает. Я не вижу сходства.

Марыся склоняет голову то в одну, то в другую сторону.

– Ты себе что-то навыдумывал, парень.

– А что ты скажешь на это?

В том же окне рядом Хамид открывает портретную фотографию Джона в европейской одежде и другой снимок, на котором Ясем с зелеными глазами, в тюрбане на голове и в галабие. Он увеличивает их, и теперь все становится ясно. Скулы, лоб, очертания подбородка те же. И этот противный изгиб губ, который Марысю приводил в бешенство.

Марыся рассчитывала на то, что домыслы Хамида ошибочны, но сейчас не может ничего возразить. Джон Смит – это Ясем Альзани.