Валерий Верхоглядов - Соло для одного

— Ты смотри, какая политически подкованная теща. Повезло тебе, парень. Кто у нее в любимчиках из наших вождей?

— Жириновский, конечно. Этот, говорит, на любой вопрос ответ знает и в морду может дать. Решительный мужчина.

— А ты, чуть что не так, кулаком по столу — хрясь! Глядишь и зауважает тебя старушка.

— Больно нужно мне ее уважение, не доставала бы — и на том спасибо.

— Хорошо сидим, — сказал Кот Баюн. — Не остаться ли нам здесь на денек-другой?

В его словах был определенный подтекст, и Стас его сразу уловил.

— Нет, — сказал он решительно. — Сегодня балаболим до упора, а завтра — в путь. Говор, где лучше сделать следующий ночлег?

— В этих местах с водой плохо — ни ручейков, ни ламбушек. Я бы посоветовал пройти Виллагору, до нее от этой поляны четыре километра. Если там будет открыт магазин, то прикупить чего-нибудь из продуктов и в темпе топать до Кутижмы. Там, кстати, тоже есть магазин. А недалеко от Кутижмы есть небольшая речушка, где по весне местные браконьеры щуку бьют. На ее берегу и можно разбить лагерь.

— Значит, так и будет, — сказал Стас. Повернулся к Баюну:

— Понял, дипломат?

Но истинным дипломатом оказался не Баюн, а Локки.

С утра он несколько раз подходил к Стасу, спрашивал советы по разным пустякам, называл шутливо то «атаманом», то «командиром», то «гражданином начальником». Наконец я не выдержал и спросил его, в чем дело. Он сделал непонимающее лицо.

— Я о твоих нарочитых знаках внимания Казимирычу.

— Неужели заметно? — огорчился он.

— Я заметил. Говор, думаю, тоже. Он мужик наблюдательный.

— Ты в армии служил?

— Довелось.

— Не раз, наверное, видел такую картину: лето, на небе ни облачка, а солнце над головой, как приколочено, жарынь, взвод идет на стрельбище, морды красные, из-под пилоток пот градом. Тут же и взводный сбоку. Молодцеват, подтянут, подворотничок беленький, и вроде даже пыль к его сапогам не пристает. А главное — бодр и полон сил. Почему? Да потому что командирское звание ему расслабиться не дает. Понял, какой психотерапией я занимаюсь? Ну, а если понял, то поддержи. У нас еще два дня пути. А я постараюсь быть поаккуратней, чтобы все было естественно и так, как нужно.

До Виллагоры мы добрались за сорок пять минут.

— Хороший темп взяли, — отметил Говор.

В пути почти не разговаривали.

Еще через четыре часа вошли в Кутижму. В магазине купили свежего хлеба эссойльской выпечки, Баюн предложил взять пару бутылок, но Стас сказал, что не стоит, и Локки его поддержал.

Речка протекала в низине, поэтому лагерь мы разбили повыше, за крутым поворотом дороги.

— Славный был переход, — сказал Локки и с удовольствием закурил. — Как, Казимирыч, ноги не ноют?

— Ты знаешь — нет. Втянулся, наверное.

— А у меня как свинцом налились. Загнал ты нас сегодня.

Говор усмехнулся и отправил Племяша за водой, мы с Лавуазье традиционно занялись дровами.

Костер уже пылал, когда на шоссе затормозила знакомая «четверка».

— Вот и наш чудо-богатырь, — отметил Локки.

— Здорово, путешественники! — радостно закричал, вылезая из машины, Миша Муромец. — Я вам гостинец привез. Чаем напоите?

В пакете, который он сунул Племяшу, оказались две банки тушенки, рыбные консервы, растворимый кофе и кулек мятных пряников. Все, кроме тушенки, было тут же выставлено на брезент, который заменял нам стол.

— Как коммерция? — солидно спросил Кот Баюн.

— А-а, — махнул рукой Муромец. — Воюю потихоньку. Не понимаю я наших чиновников. У них первое слово «нет». Оно им заменяет «здравствуйте». Иногда хочется плюнуть на все к чертовой матери и, вот как вы, отправится бродяжить.

— Телевизор вчера не смотрел? — спросил Кот Баюн. — У моего аккумулятор сдох, так что мы не в курсе, говорили или нет о нашей акции.

— Да нет, не было ничего. Только по НТВ показали любопытный сюжет. Где-то в Сибири десятка два одиноких мужиков построили деревню на воде. Живут рыбалкой, друг к другу в гости на лодках ездят и совсем ничего не знают, что в мире делается. Даже имя нынешнего российского президента вспомнить не смогли… Напридумывали кучу министерств, главков, сотни советов и муниципалитетов, десятки тысяч больших и маленьких контор — все, чтобы страной править, а правда-то вот она — живут себе люди без этого мудрого управления и в ус не дуют.

Выпив две кружки чая и поболтав о том о сем, Муромец поехал в город. Баюн тотчас убрал пряники со стола.

— Ты чего? — удивился Стас.