Джилли Ганьон - #люблютебя [litres]

Впрочем, можно было точно сказать, что Кайла на кухне нет. Я шмыгнула в гостиную, но застала там только целующуюся у стены парочку; потом вышла в огромную, выложенную плиткой прихожую, откуда взбегала широкая лестница. Наверху она разделялась на два крыла и тянулась вдоль второго этажа. Через каждые несколько метров можно было разглядеть выкрашенные белым двери, которые, наверное, вели в спальни. Значит, наверху-наверху. Может, Ламонт не так и бесполезен, как я думала.

Неслышно поднявшись по цветастому ковру, я, доверившись интуиции, свернула влево. Первая дверь стояла приоткрытой. Темноту в комнате разгонял только свет, льющийся от фонарей за окнами, перед домом. Я толкнула дверь, открыв ее пошире, и этого хватило, чтобы разглядеть сцепившуюся пару на нижней койке двухъярусной кровати. А еще ноги и руки, виднеющиеся над верхней, и темные силуэты в полумраке. Я не особо много ходила по вечеринкам, конечно, но и не собиралась падать в обморок от увиденного. Так что просто подошла ко второй двери. Она оказалась закрытой, но, прислонив ухо, я расслышала внутри голоса. Как будто кричала девушка. Я уже собралась перейти к третьей, последней комнате по эту сторону лестницы, когда дверь распахнулась и Эмма Стасхаузен чуть не повалила меня на пол.

Я и не ожидал, что разговор с Эммой получится легким, но думал, что если поговорить с глазу на глаз, то получится все ей объяснить. Дело ведь не в том, что я пригласил Рейчел, а не ее. Я просто делал то, чего от меня хотели продюсеры. То, что втемяшила себе в голову мама. Это же вообще ничего не значит! Эмма обязательно поймет.

– Какого хрена тебе нужно? – прошипела она через секунду после того, как захлопнулась дверь. Должно быть, это комната Чеда, брата Бо.

М-да. Планы оказались слишком оптимистичными.

– Хотел поговорить, Эмма.

Я сел на кровать, застланную темно-синим покрывалом. Чед в колледже, это я знал, но какая же странно пустая у него комната! Пара кубков на полках, несколько украшений, явно не особо личных (если только Чед Андерсон внезапно не увлекся пробковыми уточками) и темные абажуры на лампах, шторы и чехлы на подушках. Все вместе походило на классическую мужскую берлогу из дизайнерских каталогов. У Картера вон до сих пор школьные вещи в комнате хранились. Постеры со звездами лакросса, грамоты и награды, фотографии Картера с симпатичными девушками из разных команд.

Я похлопал по кровати рядом с собой. Эмма вскинула бровь и скрестила руки на груди.

– Не о чем говорить. Это же ясно, – фыркнула она. – Иначе мы бы уже поговорили. До того как ты пригласил на бал выпускников другую девушку.

– Эмма, ты же знаешь, это не мой выбор. Продюсеры сказали…

– Знаю, – отрезала она, махнув рукой. – Чтобы подольше побыть знаменитостью, ты согласился притвориться, что меня не существует.

– Все совсем не так!

Ну что сказать, чтобы она поняла? Мне пришлось так поступить. Это единственный поступок за долгие годы, который хоть как-то расшевелил мою маму. Не могу же я теперь ее разочаровать! Да и зачем? Засветиться на телевидении – это не просто хорошо, это отлично, правда? Плюс все закрутилось очень быстро. К тому времени, как я сообразил, что происходит, с меня уже снимали мерки для смокинга. Хватило бы у меня смелости сказать «нет» всем этим людям?

Я поднялся и подошел к Эмме. Нужно, чтобы она хотя бы подняла на меня глаза. Но девушка отступала, пока не уперлась в письменный стол из темного дерева, и смотрела только на свои скрещенные на груди руки.

– Это просто танец. И кстати, ты сама говорила, что тебе ее жалко.

– Да но… Я имею в виду, почему ты вообще согласился? Чтобы засветиться в телике?

Я поморщился. Эмма говорила не о том, словно вообще не врубалась, о чем речь. Ведь Кайл Бонэм, ее парень, до недавних пор – ничего особенного, неудавшийся клон Картера. А теперь он совсем другой, и это здорово. Или нет?

– Думал, ты за меня порадуешься.

Дышать отчего-то стало трудно. Я действительно считал, что Эмма изменит свое мнение, и очень быстро. Осознание, что мы с ней в разных командах, действовало на нервы.

– Ян радуюсь, Кайл, только… – Она потерла глаза и устало вздохнула. – Нельзя требовать, чтобы я со всем этим смирилась прямо сейчас.

– Не с чем смиряться. Это просто несколько выпусков тупого ток-шоу. И все.

– Ты не можешь этого знать. – На секунду она поглядела на меня; лицо перекошено от боли. – Не можешь. – Она метнулась к двери, со стуком распахнула ее… и чуть не врезалась в Рейчел.