Александра Полстон - Санта–Барбара II. Книга 2

Осведомленность Джины о том, что произошло сегодня ночью в этом номере, не просто обеспокоила — напугала его.

Он вполне допускал, что Джина провела ночь, болтаясь в коридоре возле двери номера.

Однако, это было бы слишком примитивно.

К тому же, она намекала на то, что у нее есть какие‑то вещественные доказательства. А для этого необходимо, чтобы в номере была установлена какая‑то аппаратура.

Поскольку номер был предназначен для президентов, останавливающихся здесь ежегодно, которые прибывали на отдых, Тиммонс вполне допускал мысль о том, что здесь установлена подслушивающая аппаратура.

Он заглядывал под висевшие на стенах картины, ощупывал обои, просматривал крышки столиков и ножки стульев. Затем он, наконец, добрался до телефонного аппарата.

К его великому удивлению, никакой подслушивающей аппаратуры обнаружить не удалось.

Вполголоса выругавшись, Тиммонс уже намеревался продолжить свои поиски в ванной и туалете, когда в дверь позвонили.

— Сейчас иду, — крикнул он.

Поспешно завернув крышку микрофона на телефонной трубке, он направился открывать дверь.

Прежде чем это сделать, окружной прокурор предварительно посмотрел в дверной глазок.

В коридоре, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, стоял Круз Кастильо.

Тиммонс распахнул дверь и встретил своего соперника с широкой улыбкой.

— Я ждал твоего прихода! — радостно воскликнул Тиммонс.

— Неужели? — скептически спросил Круз. — Почему же это?

Тиммонс улыбнулся еще шире.

— У меня было такое предчувствие, а предчувствия меня никогда не подводят. Что ж, заходи.

Кейт пропустил Кастильо в номер и закрыл за ним дверь. Не дожидаясь вполне естественного вопроса Круза о том, почему он поселился в этом номере, Тиммонс объяснил:

— Я только недавно сюда прибыл. В моей квартире сейчас идет ремонт и я решил на пару дней переехать в отель. Плюнул на расходы и решил пожить в собственное удовольствие. Ну, как твои дела?

Озабоченно потирая подбородок, Круз стоял посреди номера.

— С моими делами все неплохо, — вызывающе ответил он. — А что?

Тиммонс проявлял неестественное радушие.

— Сегодня утром, насколько я знаю, ты собирался заниматься нелегальными иммигрантами, — сказал окружной прокурор.

Круз мрачно усмехнулся.

— Меня радует твое живое участие в этом деле, — скептически заметил он.

Тиммонс рассмеялся.

— Кажется, ты ищешь на меня компромат? Круз без тени улыбки посмотрел на окружного прокурора.

— Да, я ищу доказательства твоей вины.

— Расстановка сил ясна? — ухмыляясь, спросил Тиммонс.

Круз пожал плечами.

— А я этого и не скрываю. Мы с тобой, Кейт, находимся по разные стороны баррикад.

Тиммонс ухмыльнулся.

— Зачем ты пришел?

Круз задумчиво подошел к окну.

— Меня интересует Келли Кэпвелл Перкинс, — сказал он. — Кстати говоря, если хочешь знать — Дилан Хартли вывалился именно из этого окна. Правда, насколько я помню, ты тогда еще не был окружным прокурором. Ты вообще никем не был.

Тиммонс счел за благо не ввязываться в словесную перепалку. По–прежнему улыбаясь, окружной прокурор сказал:

— Спасибо за предупреждение. Именно об этом ты хотел сказать мне в связи с делом Келли Кэпвелл?

— Ее фамилия по прежнему мужу — Перкинс, — поправил Тиммонса Кастильо.

— А что с ним случилось?

— Он погиб. Но это не столь важно, — снова ответил Круз. — Меня, собственно говоря, интересуют вещественные доказательства в деле Келли Перкинс.

Тиммонс недоуменно пожал плечами.

— Интересно, а чем же я могу помочь? Тем более в те времена, когда это произошло, я даже не был окружным прокурором.

— До этого инцидента в этом номере были установлены видеокамеры. Я вел слежку за Джиной Кэпвелл. Не исключено, что если камеры не были отключены, и все, что произошло между Келли и Диланом, оказалось записанным на видеопленку. Это бы могло служить весьма весомым доказательством в руках следствия.

Тиммонс усмехнулся.

— Доказательством в пользу следствия? — ты хотел сказать.

Круз отвернулся.

— Не знаю. Возможно, и против следствия. Но это уже не имеет особого значения. Сейчас меня волнует судьба Келли. Пока не прояснились обстоятельства этого дела, она будет заточена в эту психиатрическую клинику. А мне кажется, что дела, которые там творятся, могут дать не меньше материалов для полицейских расследований, чем обычные уголовные происшествия. Если доказательства окажутся говорящими в ее пользу, то ее пребыванию в этой темнице придет конец.