Александра Полстон - Санта–Барбара II. Книга 2

— Моя сестра, Келли Кэпвелл, по мужу Перкинс, звонила мне сегодня утром. Мне показалось, что она была напугана. Я хотела бы встретиться с ней и поговорить.

Роулингс помрачнел.

— Я же вам уже объяснял несколько раз: звонить отсюда нельзя. Пациенты, попавшие в эту клинику, обязаны строго следовать внутреннему распорядку в нашей клинике…

Круз, до этого молча стоявший рядом с Иден, вдруг вспыльчиво воскликнул:

— Погодите доктор! Мне не нравится такая постановка вопроса.

Роулингс надменно посмотрел на него.

— А чтобы вы хотели услышать? Я главный врач клиники и, заметьте, не обыкновенной, а психиатрической клиники… У нас здесь очень специфический контингент больных, к ним требуются особые подходы, они нуждаются в особом присмотре и уходе. Для того, чтобы процесс излечения протекал нормально, необходимо исключить всякое влияние извне. Больные должны доверять только своему доктору. Вместе с тем, врачи обязаны соблюдать строгую медицинскую тайну. Вот почему у нас строго ограничено количество посещений, вот почему мы не разрешаем больным делать звонки домой. Процесс излечения психических больных столь труден и долог, что мы не можем подвергать его риску из‑за какого‑то случайного звонка. К тому же, господа, мне не понятно ваше беспокойство. В моей клинике применяются самые современные методы лечения и больным не на что жаловаться.

Круз начал нервничать.

— Погодите, доктор, — решительно взмахнув рукой, сказал он. — Келли Перкинс, действительно, пациентка вашей клиники. Однако, смею вас уверить, у нее есть определенные гражданские права. Я обязан провести расследование по заявлению, поданному ее сестрой. Учтите, вы подчиняетесь решению Суда присяжных заседателей и мне бы не хотелось…

Роулингс перебил его на полуслове:

— Мистер Кастильо, — с елейной улыбкой сказал Роулингс. — Я прекрасно понимаю, что вы хотите мне сказать. Но, к сожалению, вы не дали мне договорить.

Круз удивленно посмотрел на доктора.

— По–моему, вы уже высказали все, что хотели.

Роулингс издевательски покачал головой.

— Нет, нет. Все обстоит совсем не так. Я хотел сказать вам, что обстоятельства несколько изменились…

Иден недоверчиво хмыкнула.

— Вот как, уже изменились?

Ничуть не смутившись, Роулингс опустился на свой стул.

— Да, да. Именно так все и обстоит. Я считаю, что члены семьи уже имеют право посещать Келли.

Дабы продемонстрировать правоту своих слов, он немедленно снял трубку своего телефона и, подождав несколько мгновений, произнес:

— Приведите ко мне миссис Келли Перкинс. Да, да. Прямо сейчас.

Положив трубку, он удовлетворенно развел руками.

— Вот видите, сейчас она будет здесь. Вы сможете поговорить с ней, миссис Кэпвелл, если, конечно, в этом есть такая жгучая необходимость.

Иден кивнула.

— Разумеется. Именно за этим я сюда и приехала.

Роулингс предостерегающе поднял указательный палец.

— Но я бы хотел предупредить вас, миссис Кэпвелл. Не стоит придавать большого значения ее словам. Страхи при параноидальных заболеваниях распространенное явление.

Иден холодно посмотрела на него.

— Насколько мне известно, у Келли была обычная депрессия. Мне не совсем понятно, когда она превратилась в паранойю.

Роулингс злобно блеснул глазами.

— Миссис Кэпвелл, — подчеркнуто сухо и вежливо произнес он. — Я бы не хотел затрагивать сейчас вопрос, касающийся моей профессиональной компетенции…

Иден уже хотела отпустить пару ядовитых замечаний по поводу профессиональной компетенции доктора Роулингса, однако, в этот момент в дверь постучали.

— Войдите, — сказал доктор.

Медсестра Ролсон распахнула дверь и, держа Келли под локоть, ввела ее в комнату. Иден поразилась увиденному.

Келли была не похожа на саму себя — она едва передвигала ноги. Не поднимая глаз от пола, она сильно сгорбилась, руки ее бессильными плетями повисли вдоль тела.

— А вот и Келли! — с напускной радостью воскликнул Роулингс. — К тебе пришла сестра, Келли.

Келли подняла голову и Иден ужаснулась, увидев ее остекленевший взгляд.

— Привет, Иден… — едва слышно промолвила Келли.

Иден испытала такой приступ жалости, что не удержалась и бросилась обнимать сестру.

— Как твои дела? Как ты себя чувствуешь?

Кастильо тоже поразился перемене, происшедшей с Келли с того момента, когда он видел ее в последний раз. Она была тихой и безобидной, как ягненок.

— Привет, Круз… — едва слышным голосом сказала она, увидев Кастильо.