Михаил Андросов - Вольные упражнения [сборник]

— Халява, ты вздурел?! — напустился на него Пятнов. — Фигуристов только девчонки смотрят. Хоккей — вот самый лучший спорт!

В результате приходилось подыскивать компромисс и смотреть на выступления лыжников или биатлонистов.

Но победные матчи сборной СССР по хоккею становились чуть ли не каждый день главной темой обсуждения в классе. Тем более, что встречи советских хоккеистов со сборными других стран оправдывали ожидания болельщиков. Каждый матч заканчивался убедительной победой нашей сборной над другими командами. Причём разрыв в количестве забитых шайб зачастую составлял не одну-две, а значительно больше. Ребята, сидя прямо на партах, взахлёб рассказывали, как в первом периоде Сергей Мыльников отбивал яростные атаки на свои ворота и за всю игру пропустил всего лишь одну шайбу, подло выпущенную австрийцами в самый неподходящий момент. О том, как Андрей Хомутов и Вячеслав Фетисов вели яростную борьбу с американцами и норвежцами. О том, куда смотрел судья, когда нашему хоккеисту попали клюшкой по шлему, и это чётко было видно на телеэкране, а вот судья почему-то не заметил. Словом, тем для обсуждения находилось в избытке. Споры ребят протекали столь бурно, что они даже не слышали звонка на урок и, спрыгивая с парт, разбегались по своим местам лишь при появлении в классе учителя.

Поводом для всеобщего ликования стал победный матч сборной СССР над хозяевами Олимпиады — канадцами.

— Всухую их обыграли! — что было силы кричал Блинков, несясь по коридору и размахивая сумкой. — Вы видели, как наши их сделали?! Пять — ноль в нашу пользу!

— Канадцы лохи! — вторил ему Пятнов. — Они играть ни хрена не умеют!

— Слава советским хоккеистам! — кричал кто-то с противоположного конца коридора. — Фетисов — лучший!

Импровизированный хоккейный матч начинался тут же в ближайшей рекреации. Символические ворота — лежащие на полу сумки и портфели, а шайба — чей-то пенал. Ребята, отчаянно толкаясь и подставляя друг другу подножки, пытались затолкать несчастный пенал в «ворота». Естественно, в этом «матче» все поголовно хотели представлять сборную СССР, а за команды других стран играть никому не хотелось. Так и получалось, что в «воротах» одновременно стояли два Мыльниковых, а по площадке носились три Фетисовых, три Быковых и два Виктора Тихонова. И всё это под общий гвалт, визг и ободряющие крики продолжалось до самого начала очередного урока либо пока шайба-пенал не превращалась в лохмотья.

В эти дни даже учителя не делали ребятам замечаний за шумное поведение. Они понимали, что вся страна сейчас всем сердцем переживает за советскую сборную.

Олимпиада в Калгари стала по-настоящему золотой для сборной СССР. Безоговорочное лидерство в общем зачёте. Одиннадцать золотых медалей! Такой итог стал настоящим поводом для праздника.

Таня даже завела специальный дневник, куда записала все виды спорта, включённые в олимпийскую программу, и все имена спортсменов, добившихся в них наилучших результатов. Получился внушительный список. К сожалению, лично она никого из них не знала. Слишком разные виды спорта.

Хотя однажды, года два назад, во время официального приёма в Кремлёвском дворце съездов она столкнулась в холле с известными уже тогда Натальей Бестемьяновой и Андреем Букиным. Но узнала Таня, что это были именно они, позже, когда фигуристы поднимались на сцену.

Наравне с другими ребятами Таня в эти февральские дни тоже искренне радовалась победам советских спортсменов. Когда у неё выпадал свободный час, она сидела у телевизора, наблюдая очередной репортаж с Олимпийских игр или «Олимпийский дневник». Больше всего ей доставило удовольствие золотое выступление Екатерины Гордеевой и Сергея Гринькова — лучшей спортивной пары. Фигурное катание спортивных пар и одиночных спортсменов хоть и отдалённо, но напоминало ей вольные упражнения в спортивной гимнастике. Всё тот же чётко выверенный комплекс хореографических и акробатических элементов, все движения в строгом соответствии с музыкальными аккордами. В этих видах спорта было много общего, но в тоже время они были совершенно разными и такими притягательными для неё.

Временами на Таню накатывала волна грусти, что она больше никогда не сможет вот так выйти перед многотысячными трибунами и удивить всех техничностью и виртуозностью исполнения своих упражнений. Её самые блистательные выступления, увы, теперь остались в прошлом. А так хотелось вновь подняться на высшую ступеньку пьедестала почёта и снова испытать ту неповторимую минуту, когда понимаешь, что «ты на целый миг быстрее всех!» — как звучало в тексте одной очень знакомой песни. Словами это состояние описать невозможно. Такое можно только почувствовать.