Джонатан Кэрролл - Влюбленный призрак

Фонарики. Даньелл забыла о бумажных фонариках, свисавших с деревьев и раскачивавшихся под вечерним ветерком. Она уселась на скамью рядом с девушкой.

— Не расскажешь ли мне об этом?

— Зачем? Ты ведь сама знаешь. Ты все видела, ты была там.

— Да, но это было так давно. Я забыла подробности, забыла о фонариках. Мне хотелось бы услышать об этом снова. Расскажешь мне?

Девушка была только рада рассказать о лучшем вечере в своей жизни.

— Я стояла возле своего шкафчика в школе. Подошел Декстер и сказал, что в ближайшие выходные у нас будет юбилей, ведь мы встречаемся уже три месяца. Как мы его отпразднуем?

Поскольку воспоминание было для нее совсем свежим, девушка помнила все: цветные бумажные фонарики в саду, официанта и свои шутки о китайских музыкантах. Она помнила, как Декстер объяснил ей, что слово «крокодил» происходит от древнегреческих слов «кроко» и «дрило», что значит…

— «Тварь с грубой кожей», — сказала взрослая Даньелл.

Ее собеседница кивнула и продолжила.

Чем больше рассказывала девушка, тем больше вспоминала взрослая женщина. И чем больше она вспоминала о том блистательном вечере, тем меньшее значение имело для нее настоящее. Взрослая Даньелл полностью погрузилась в подробности памяти, излагаемые девушкой. Это было похоже на вхождение в бассейн с мелкой стороны. Когда вода поднялась выше ее головы, она охотно погрузилась в пучины своей прошлой жизни.

Заново переживая все это, женщина оказалась способна насладиться тем романтическим вечером так же, как девочка, если не сильнее. Взрослая Даньелл слишком хорошо знала вкус разочарования, невезения, заурядности, которые позже заполнили ее дни. Она понимала, что то свидание было необычайно светлым мгновением в ее довольно пресной и скучной жизни. С другой стороны, девушке это представлялось началом далекого счастливого пути и всех тех восхитительных событий, которые обязательно явятся в будущем. Обед с Декстером был лишь первой пробой пера, счастливым, легким шагом к насыщенным радостью годам взрослой жизни.

Когда Даньелл училась в школе, то на занятиях по английскому они читали пьесу «Наш городок». [25] «Наш городок» (1938) — популярная пьеса американского писателя Торнтона Уайлдера (1897–1975). Она так и не смогла забыть последнюю сцену, когда умершей героине Эмили разрешают вернуться в какое угодно утро своей юности, чтобы увидеть свою семью за завтраком, и как она оказывается потрясена красотой этого простого земного события. В конце концов Эмили кричит своим родным, чтобы они оценили этот момент по достоинству, но они ее не слышат, потому что живые никогда не слышат мертвых.

Даньелл не умерла, но вечер с Декстером Льюисом в «Лотосовом саду» почти стерся из ее памяти. Однако, как и Эмили в известной пьесе, ей была предоставлена возможность снова посетить этот сад. В отличие от героини пьесы взрослая Даньелл смогла полностью участвовать в происходящем, а не просто смотреть на это извне. Чем больше она слушала девушку, тем больше ее рассказ становился непосредственно переживаемым мгновением. Постепенно она начала ощущать вкус теплых слоеных булочек и чувствовать аромат туалетной воды Декстера. Чем больше вещей описывалось, тем реальнее становилось для нее пребывание там. И когда это произошло, та жизнь, которой она жила совсем недавно, поблекла.

Наше «сейчас» по большому счету обычно скучно и не поддается запоминанию: сядь за парту, сходи на кухню, сходи в туалет, погуляй, поспи, не теряй времени, потому что оно так неинтересно, что никто не захочет его подобрать. Мы почти не помним, как прошел день. Что мы делали после обеда два дня назад? Когда мы в последний раз громко смеялись? Или ели что-то такое, что заставило нас закрыть глаза и замычать от удовольствия? Естественно, мы запоминаем яркие мгновения, потому что они редки.

Кто откажется, если ему предоставят возможность снова испытать тот миг, когда все было столь совершенным, что мы не хотели, чтобы он кончался? А что, если бы это повторное переживание каким-то образом могло длиться вечно? Обед с Декстером, длящийся неопределенно продолжительное время. Предпочли бы мы оставаться в прошлом раю так долго, как только возможно, или выбрали бы возвращение в свою повседневную скуку, где, как правило, единственными событиями, которых мы ждем, являются выходные, любимый телесериал, надоевший секс с неумелым партнером или время ложиться спать? Повторные переживания подобны сновидениям, в которых мы встречаем тех, кого ждали всю свою жизнь. Они совершенны. Все в них совершенно, и, к нашему удивлению, сновидения становятся все лучше по мере того, как длятся. Но потом мы просыпаемся. И думаем: нет, нет, нет, еще несколько минут, пожалуйста! Позвольте мне закончить с ними прогулку по берегу на закате. Мы изо всех сил стараемся вернуться в сон и снова поймать мгновение, образ и, может быть, самое главное, то чувство, что жизнь стремительно вознесла нас к небу, а не отбросила в сторону.