Андрей:
— Ну — нет. Не так. Без спору, примитивно
Приписывать значения амплуа
Занятиям, что чредою постоянной
Сменяются на протяжении дня…
Есть амплуа бродяги и скитальца,
Есть амплуа ученого, поэта,
И сердцееда, и вельможи, и глупца.
И неизменны оны, пусть субъект
Лежит, поёт, иль чистит картофан.
Сергей:
— Так значит, амплуа даётся нам
Единожды, с рожденья, неизменным?
Быть может, амплуа чертили звёзды?
Андрей:
— Есть смысл в предначертании богов…
А впрочем, неужели не дано
Нам поменять решение силой воли,
И самому найти предназначение,
Хотя события, судьба и люди
Толкают неизменно на другое?
И что ж с того, когда порою Гамлет
Работает юристом при сбербанке,
И разве не бывает, что Джульетта
Уборщицею быть осуждена?
Но остаются всё ж они собою…
Сергей:
— Нет, боги с амплуа перемудрили…
Неожиданно Гера, не видимый со стороны дороги за небольшим кустиком, приподнимается, так как, увлёкшись услышанной беседой, хочет присоединиться к ней.
— Те же — и Меркуцио, — прокомментировала Наталья и рассмеялась. Гера поклонился всем и начал:
— Простите мне, что я нарушил спор,
И смех я вызвал собственным явлением.
Андрей:
— Помилуй! Спор? Но здесь никто не спорил.
Гера:
— Так значит, что и спор пойдет с меня.
Вы говорили, кажется, о Боге?
Андрей:
Гера:
— Что в сущности, одно
Для тех людей, чьё имя — атеист.
Андрей:
— Не упомянь сё имя на Поляне!
Есть имена, запретные отныне!
Зовись иначе как-нибудь, Ромео!
Ведь всё равно, и роза — пахнет розой.
Понятие «боги» в разговорной речи
Нередко тем даёт именование
Таинственным и безымянным силам,
Чьих люди не изведали законов, —
Которые порою и нелепым
Придуманным знамениям потакают,
Судача всуе: так решили боги!
Сергей:
— Так что же, нет понятия такого?
И пусто в осязаемой Вселенной,
И пусто там — за гранью понимания,
За неизменной плотностью вещей?
Гера:
— Наверно, ни помыслить, ни измерить
Не можем мир мы за пределом чувств,
И легче нам условиться тогда,
Что нету там ни мысли, ни значения…
Андрей:
— Что было лишь в мирах, чьё завершение
Не кончилось…
И можно было мыслью
Понятия новые создать и вещи…
Но в мире этом — всё сотворено,
И даже слишком твёрды эти камни.
В нём больше нету места для богов.
Сергей:
— Так значит, ныне мира скорлупа,
Тяжелый плотный слой без осознания
Собой заполнил все миры, все звенья,
Так, что собой похоронил себя
Материей весомой и тяжелой,
Осевшей, будто пыль, на мироздание?
И время скоро дрогнет — и встряхнёт
Тяжёлую запёкшуюся корку?
А с нею вместе — всех существ, как мошек
С червивого надкушенного плода,
Где больше нет развития, и где
Слова — бессмысленны,
Искания — нелепы,
Где больше нет дыхания богов?
Всё кончилось…
Андрей:
— И всё начнется вновь,
Когда наступит смена декораций.
Не знаем, что несём.
Пойдем — купаться?
— и Андрей, разбежавшись, прыгнул с крутого берега сразу на глубокое место реки.
А Наталью вдруг будто вынесло куда-то… Она мысленным взором увидела Андрея в театре времен Шекспира, сидящего на краю сцены. Будто он — работник, убирающий декорации и играющий роль одного из могильщиков. А рядом с ним стоит богато одетый господин, который с ним шутит и беседует на равных, то и дело записывая какие-то меткие фразы на листе бумаги. И это — не прошлое воплощение Андрея. Это — именно он…
— Наталья? Что с тобой? — она увидела перед собою испуганное лицо Сергея.
— Н-ничего.
— По-моему, она сейчас не совсем здесь, — заметил Гера, — пошли к р-речке?
— В принципе, легко можно выйти на любой канал: написания хокку, танки, на язык шекспировских пьес, — сказал Андрей, когда все искупались, — Я думаю, теперь вы со мной согласитесь… А теперь, давайте посмотрим, как можно, созерцая любую картинку, считывать с неё информацию и получать энергию. На этом основано любое лечение с помощью мандал.
Андрей разложил на траве материалы из своей папки: фантастические рисунки, кришнаитские картинки, нарисованные ярким фломастером мандалы. Он их раскладывал на траве в некой определенной последовательности. Затем, попросив всех по очереди считывать информацию кончиками пальцев, отошёл немного в сторону. Остальные работали с картинками, пытаясь ощутить их энергию; Наталья при этом непроизвольно выполняла танцевальные движения, Гера принимался время от времени бренчать на гитаре, а Сергей — отпускать сентенции.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу