Людмила Сурская - Курсантки

И вот сейчас выглядывая в коридор из кухни, Марина выжидала, пока ребята разойдутся. Новость, услышанная от взводного о том, что курсовой остался на ночь здесь, успокоила. Она, слушая его, едва сдержала вздох облегчения. Невозмутимый и уравновешенный Богуш всегда всё расставляет по места. У него талант разводить мосты и устраивать переправы. Правда, учитывая стихийность ночёвки отцов-командиров ждёт голодное утро. Девчонки уже готовились ко сну, когда она, разложив приготовленную еду на завтра по судочкам, поставила в холодильник и, прошептав замешкавшейся Лене что-то на ухо, достала из холодильника палку принесённой кавалером колбасы. Лена кивнула и вышла из комнаты. Пройдя по пустому коридору, постучала к взводному.

— Вам на ужин и завтрак, — протянула она продукт удивлённому Тарасову. Переглянувшись с курсовым он скомандовал:

— А ну зайди.

— Мне некогда, спать хочу, завтра рано вставать, строевую сдаём. — Пыталась отвертеться Лена, догадываясь о ком пойдёт разговор.

— Отставить! Мы долго не задержим, — подал голос и Богуш.

— Ну если только недолго.

— Садись, в ногах правды нет. — Подвинул ей взводный стул.

— Хорошо.

— С чего таким богатством делитесь? — кивнул он на деликатес.

— Нам она задарма досталась. Валерка приносит. Мы отказывались, на черта нам она, сами все не с протянутой рукой ходим, но он слов не понимает. У него фарш в голове. Кидает под дверь и пошёл. Не пропадать же добру. Ешьте. — Выложила обстановку она.

— Валера это кто? — крякнул в кулак курсовой, перекрестив взгляды с взводным.

— Валерка-то. Так наш субчик с пятого курса. Тот, второй беленький.

— Чёрт-те что и сбоку бантик. У них что, отношения с Мариной? — откашлявшись и разглядывая стену, спросил курсовой.

— Да вроде нет. Он, конечно, парень видный и при деньгах, но ей другое надо. Денег у её отца своих куры не клюют.

— Ну и что ей надо?

— А что и всем нам, чтоб любить до безумия, купаясь в дождичке бабьего счастья, ловя ответное безумие и осыпая таким же дождичком любимого.

— Романов начитались вот вас и дождит. — Проворчал Богуш.

— Вы слишком приземлённый товарищ майор. В вас романтика одна военная. А в жизни ещё и сирень цветёт.

Богуш неожиданно для себя ощутил гнев.

— Какая к дьяволу сирень, когда здесь корриду устроили, завтра звону будет на весь институт.

Скрестив пальцы рук, согнув их в локтях и опёршись на них подбородком, Лена пыталась втолковать отцам командирам:

— Не мы же. К тому же криминального ничего в этом нет.

— Может я… Один колбасой сманивал, что второй тут делал?

— В ресторан на субботу приглашал. Если одна боится, может подругу взять. Похоже, он серьёзно на неё запал. Может много чего натворить.

— М-м-м. А она?

— Что она? А в смысле нравится ли он ей… Я, конечно, не доктор, но по-моему нет.

— С чего такой диагноз?

— Когда женщина влюблена, это просматривается. Вот Иришку видно не вооружённым глазом. Была угловатая, резкая, быстрая, а сейчас лучится вся, мягкая, вязкая ну хоть мажь вместо масла на кусок. Короче от неё прежней не осталось и следа. — Не в меру разговорилась Лена.

Не заметить она не могла, как глаза мужиков полезли на лоб.

— Да-а?! — хором выдохнули начальники.

Разболтавшаяся Ленка, враз прикусила язычок. «Чёрт растренькалась. Вот не задача».

— По крайней мере так кажется…,- полезла на попятую она, поднимаясь.

— Мы так и поняли. — Ухмыльнулся взводный, закрывая за ней дверь.

Костя подбросил палку колбасы на руке, словно решая на что её кинуть: бутерброды или за окно. Желудок победил. И он принялся кромсать её кольцами.

— Колбаса это неплохо, но ты про Иришку что-то ведаешь, капитан?

— Самого, как обухом по голове.

— Кто это не предполагаешь?

— Если бы. Может кто-то из курсантов. Около неё никто кроме родни не объявляется.

— Возьми-ка на заметку. А то натворят нам здесь по малолетству детсад. Бог мой, как пережить эти три года и сдать их на руки папеньке с маменькой.

— Может, мы из мухи делаем слона и удивляемся потом, чего он не летает, а?

— Не знаю Костя. Тащи своё пиво, медаль твою и благодарность за верную службу от командования обмоем. Устал до чёртиков в самый раз расслабиться.

— Слышал, у финансистов там салага женится?

— Да. Но это такое дело… Пелёнки сюда не принесёт. Барышня на четыре года старше его. Он по малолетству и влетел. Надо думать не здесь, а на летнем отдыхе дома. Папик у него богатый, имеет парк маршруток и перевозками балуется. Вытянет деток. А вот за этих бойцыц нас утюгом прогладят. И какая скотина нам такой подарочек сочинила… Кто придумал косички эти в военные институты набирать.