Ольга Кай - Загадать желание

– Стойте! – услышала голос Ариса. – Стойте, это мы!

Пятнышко света замерло, словно в замешательстве, а после медленно двинулось к нам.

В его свете стала видна невысокая фигура в серебряном ореоле распущенных волос. Она казалась ненастоящей, словно сотканной из лунного света. Незнакомое лицо с голубым рисунком теней…

От неожиданности я едва не остановилась. Но вот из-за светлой фигуры появилась еще одна – мужчина с обнаженным мечом. И хотя в голубоватом свечении его лицо изменилось, я узнала Леона. А незнакомка рядом с ним – Алина, и в ее ладонях светится подарок водяного – открывшийся после захода солнца волшебный цветок.

– Женечка! Арис! – крикнула она. – Сюда! Мы здесь!

Леон первым разглядел нас и махнул рукой. Видя, что добыча уходит, лесные чудища ожесточенно заскрежетали, попытались в последний миг зацепить нас ветвями, но не дотянулись. Мы с Арисом вылетели из темноты в маленькое пятнышко света, едва не сбив Алинку с ног, и обнаружили, что стоим прямо на тропе. Черные тени подступили к дорожке, замерли, угрожающе нацелив сучковатые ветви на ночных путников, но уже не пытаясь ударить или зацепить.

– Нашлись! Нашлись! – Алинкины глаза блестели от слез. Я шагнула к ней, обняла, позволяя подруге плакать на своем плече. Да и у самой просились слезы. Силуэты Ариса и Леона расплывались перед глазами. Мужчины пожали друг другу руки, но теперь-то мне было ясно, что это вовсе не приветствие. Проверяют…

– Где же вы были? – спросил Леон.

– К вам приходили? – Арис ответил вопросом.

– Да. Двое, в вашем облике. Я Алину все время за руку держал, а они все разделить нас хотели и с тропы увести. Мне показалось странным…

– Ясно, – Арис помолчал, глянул на нас с подругой. – Вы это… идти надо.

– Ой, – всхлипнула Алинка. Отстранилась, смущенно вытерла слезы. – Да, конечно… Идемте.

– Может, отдохнем хоть немного? – меня после сумасшедшего бега через бурелом шатало. Хотелось лечь, вытянуть ноги, прикрыть глаза…

– Нет, – отрезал Горыныч. – Пойдем, пока сможем.

Пришлось согласиться. Вернее, подчиниться. Леон снова взял Алину за руку. Отчего-то смутившись, я попыталась спрятать от Ариса свою ладонь. Он прищурился:

– Что, не набегалась еще?

– Набегалась, – вздохнула, протянула руку. – Извини.

Близился рассвет. Мы с Алиной уже едва переставляли ноги. Цветок водяного закрылся, подруга снова спрятала его в карман и повисла на руке Леона.

Я смотрела в землю. Едва заметная тропка, реденькая трава, малюсенькие синие цветочки…

– Там какой-то дом, – вдруг сказал Леон.

И верно: впереди деревья расступались, тропинка растворялась в траве, развесистая ива склонилась над тихой лесной речкой, на берегу которой стояла маленькая избушка с бревенчатыми стенами. Выглядела она довольно жалко: ставни поломаны, крыльцо покосилось, дверь висит на одной петле, слегка приоткрытая. Было похоже, что в доме никого нет, и мы с Алиной уже радостно предвкушали долгожданный отдых в заброшенной избушке. Но стоило подойти ближе – дверь отворилась шире, и на крылечко вышел щупленький низкорослый мужичок с пышной неопрятной бородой, в простенькой рубашке с вышивкой, полотняных штанах и самых обыкновенных лаптях.

– Доброго здоровья, путнички дорогие! – он подошел, темные маленькие глазки весело поглядывали из-под кустистых бровей. – Устали, небось? Вы бы зашли ко мне, отмылись да поели, да отдохнули с дороги.

Алина настороженно спряталась за спину Леона, мне тоже стало слегка не по себе.

Мужичок прищурился:

– Али брезгуете?

– Отчего же? – отозвался Горыныч.

– Спасибо за приглашение, – поддержал его Леон. – Мы, правда, долго шли, очень устали. И будем рады, если вы позволите нам немного отдохнуть в вашем доме.

Внутри лесная хижина оказалась такой же бедной и неопрятной, как снаружи: простое квадратное помещение с печью, столом и парой кривых табуретов. По углам паутина, пыль повсюду. Ни занавесочек, ни салфеток, только кипа стареньких одеял на припечке – наверное, там спал сам хозяин. Люк, ведущий в погреб, прикрыт грязным драным половиком.

Но в ту минуту все недостатки этого бедного жилища были нам глубоко безразличны. Мужичок извинялся, что ему негде нам постелить, да и нечего… а мы устало благодарили за заботу, потом расстелили свои карематы под стенкой. На вопрос, можно ли доверять хозяину, Горыныч ответил: «пока да», и, не обращая внимания на загадочное «пока», мы с Алиной, совершенно обессиленные, умостились на полу и сразу провалились в глубокий сон.