Ольга Кай - Загадать желание

– Не сам: ребята говорили, я слушал. Ну и видел немного… Он сперва спрашивал, сколько платят и за что, потом послал подальше.

– Может, предложили мало?

Насмешки в словах Виктора его спутник не расслышал, хотел что-то еще добавить, но в это время тот, о ком они говорили, обернулся и посмотрел прямо в лицо придворного колдуна. Вернее, в тень под глубоким капюшоном. Смотрел недолго, но пристально. А когда отвернулся, Виктор еще некоторое время разглядывал хмурый профиль сидящего у окна человека, потом сказал негромко:

– Ты прав, он нам не пригодится. Жаль… – Виктор поднялся, расправил плащ. – Отправь за ним надежных людей. Змеи еще спят, но советую поторопиться.

Дождь уютно шелестит в листве. Над головой – каменный свод. Рядом – Леон. Прижимаюсь к нему спиной, опасаясь шевельнуться. Тепло, уютно. Непонятно только, что же меня разбудило… Приподнимаюсь, оглядываюсь.

Алина спит с другой стороны от Леона, положив голову ему на плечо. Ее усталое личико в слабом сером свете кажется несчастным – вчера она долго плакала и никак не могла успокоиться. Я бы тоже ревела, но… не в кого было уткнуться в поисках утешения. Пришлось терпеть. А потом мы как-то сами не заметили, как устроились рядышком все втроем, согреваясь, словно только что забрались в тепло после зимней стужи, и заснули.

Горыныч дремал у входа, прислонясь к желтой каменной стене. Его плечи вздрагивали, словно от холода.

Осторожно, стараясь не разбудить своих соседей, я выбралась из-под одеяла, подошла к Арису, наклонилась, вглядываясь в его лицо. Здесь, у входа, было свежо, дождь шумел громче, заглушая все посторонние звуки. Капли воды дробились о камни, и брызги падали на носки моих легких ботинок. Неудивительно, что Горыныч мерзнет.

Арис открыл глаза так резко и неожиданно, будто и не спал вовсе. Смутившись, словно меня застали за подглядыванием, я постаралась улыбнуться:

– Доброе утро.

– День на дворе, – он посмотрел в серое небо, затянутое тучами, поморщился. – Часа два пополудни.

– Что, правда? – я выглянула из нашей пещерки, рискуя промокнуть. Унылый дождь погасил все краски, света почти не было, казалось, что солнце еще и не вставало. Надо же, полдня проспали! Зато как хорошо!..

Горыныч поежился, поправил ворот своей вязаной кофты.

– Может, у тебя температура? – протянув руку, я положила ладонь ему на лоб и тут же в замешательстве убрала.

– Арис, ты же совсем холодный! Надо… надо срочно тебя согреть!

В прищуренных серо-зеленых глазах мне чудится что-то, похожее на насмешку. Вот скажет сейчас: давай, мол, согревай, раз напросилась!

– Может, пойдешь на мое место? – предлагаю торопливо. – Там тепло… Или может воды нагреть? Горячего попьешь, а?

Последнее предложение он обдумывает всерьез, но все же отказывается.

– Не надо. Огонь еще заметят.

– Да не заметят! Кто здесь будет по такой погоде шастать?

Но Горыныча не переубедить. Ладно… Опасливо высовываюсь наружу. Дождь как будто стихает, но холодные капли все еще падают с неба.

Поднимаю воротник куртки и по привычке предупреждаю:

– Я недалеко.

Когда вернулась, сын воеводы сидел у входа рядом с Горынычем.

– Он, кажется, заболел, – сообщила я Леону. – Это из-за вчерашнего, да?

Леон поглядел на друга, словно спрашивая разрешения, провел рукой по волосам, приглаживая отросшие ниже плеч пряди, стянул их шнурком на затылке.

– Да. Арис слишком быстро убрал свою ловушку. Она не успела напитаться силой и…

– Ловушку?

Несколько раз мне довелось видеть место, где когда-то были ловушки: обугленный ствол или дерево, очищенные от колдовской силы огнем. Вчера я такого не видела. Но… вспомнилась воткнутая Арисом в землю палка, над которой он до того колдовал и которую выкинул после, когда все было кончено. Возможно, именно так может уничтожить ловушку ее хозяин? Но – Арис?

– Разве он может… ставить ловушки? – я посмотрела на Леона, потом на Горыныча. А ведь правда, ловко он вчера сбил птицу – не арбалетной стрелой, а воздушным вихрем. Совсем так, как за несколько минут до того ударом воздушной волны его самого сбил с ног неизвестный колдун в доспехах. Получается, колдун умер, и его сила перешла к Арису?

– Это могут все, кто попал сюда до вас, разбив шар желаний, – ответил сын воеводы.

– Все? И сколько же их?

– Осталось не так-то много, – Леон задумался ненадолго. – При князе было несколько человек, а в Раславе, кроме Ариса, я знал шестерых, но… их давно уже нет в живых.