Эл Морган - Генеральская звезда

— Дурно я поступил по отношению к тебе, дорогая, — проговорил Чарли, обнимая меня.

— Глупости. Нам с тобой еще долго жить вместе.

— Уж на это-то я твердо рассчитываю.

Сразу же после завтрака мы уложили вещи в машину и отправились в свадебное путешествие на Ниагарские водопады. Пообедали в дороге, а к ужину поспели в гостиницу у водопадов. Весь день Чарли был предупредителен и мил. Он, несомненно, все еще чувствовал себя неловко — напиться в такое неподходящее время! — и сейчас всячески старался загладить свою вину. Во всяком случае, так мне казалось.

Почти все остальные обитатели гостиницы тоже были молодоженами, и потому мы не стеснялись их и не испытывали никакой неловкости.

Ужин кончился часов в десять.

— Может, пойдем погуляем? — предложил Чарли. — Посмотрим водопады.

— С удовольствием. Вряд ли когда-нибудь мне снова представится такая возможность.

— Что ты хочешь сказать?

— Шучу, шучу, Чарли! Когда еще я снова выйду замуж?

— Ах вон что...

Водопады были чудесны. Вот так же, наверно, они чудесны и сейчас. Держась за руки, мы молча любовались низвергающимися потоками воды.

— Маргарет!

— Да, Чарли?

— Ты не тревожишься... ну, знаешь, о том, что должно произойти сегодня между нами? Не боишься?

— Нет, Чарли. Я не маленькая... Что ж, пора возвращаться в гостиницу.

Мы медленно пошли обратно. Всю дорогу Чарли сжимал мои пальцы, а у порога номера поднял на руки и внес в комнату.

— Но это же нелепо! — рассмеялась я. — Мы ведь уже были в номере.

— То не считается. И потом, тогда это было бы действительно нелепо — рядом топтался коридорный.

На середине комнаты он опустил меня на пол и поцеловал. Свои чемоданы мы распаковали еще раньше, наше ночное белье уже лежало на кровати. Захватив ночную рубашку и халат, я ушла в ванную, приняла горячий душ, причесалась и надушилась. Когда я вышла из ванной, Чарли сидел на краю кровати и читал журнал. Он взглянул на меня и улыбнулся своей чудесной улыбкой.

— В твоем распоряжении, — я кивком указала на ванную.

Чарли скрылся за дверью, и, услыхав шум воды, я выключила свет и забралась в постель. Конечно, я волновалась, как и положено невесте. Отчаянно колотилось сердце, в висках стучала кровь. Я слышала, как открылась дверь ванной, как Чарли подошел к кровати. Не зажигая свет, он снял халат, отвернул одеяло и улегся рядом со мной, потом повернулся ко мне и обнял.

Дальше в нашей близости не было ничего неловкого и нерешительного. Все происходило так, словно мы состояли в браке по меньшей мере лет двадцать. Чарли был ласков и нежен и в то же время тверд и настойчив. Я крепко прижалась к нему.

— Дорогая... Любимая... — задыхаясь, шептал он. — Единственная моя... Элен... Дорогая Элен... Как я люблю тебя, Элен!..

Я оцепенела, словно от удара. Чарли опомнился, и некоторое время мы молча смотрели друг на друга.

— Боже! — наконец воскликнул он. — Боже мой!

Я привлекла его к себе и крепко обняла. Он положил голову мне на грудь и глухо зарыдал.

— Боже, боже, боже!.. — твердил он.

— Успокойся, Чарли, успокойся, — попросила я. — Все обойдется, дорогой...

Он так и уснул в моих объятиях. Спали мы долго, а проснувшись, позавтракали в номере.

Возможно, именно тогда я и сделала свою первую и самую важную ошибку.

Дело в том, что ночная сцена страшно потрясла и ошеломила меня, но я не находила сил взглянуть правде в глаза и вела себя так, словно ничего не произошло. Чарли тоже никогда не вспоминал о случившемся — ни во время свадебного путешествия, ни позже. Никогда.

Я уже начала думать, что этой первой неделе нашего медового месяца не будет и конца. Нет, нет, в общем-то она протекала, как и полагалось. Мы веселились и развлекались. Я шутила, смеялась и каждую ночь принадлежала Чарли. То, что произошло в первую ночь, больше не повторялось. Чарли теперь хорошо владел собой, а когда все кончалось, прикасался губами к моей щеке, уходил в ванную, потом возвращался, ложился в кровать и, отвернувшись от меня, засыпал. Я же большую часть ночи лежала не смыкая глаз, размышляла, тихонько плакала и без конца спрашивала себя, что делать дальше.

Я понимала, что Чарли выполняет свой супружеский долг с тем же настроением, с каким когда-то поступал в Вест-Пойнт. От него требовали, и он подчинялся. Отбывал очередную повинность.

Потом мы возвратились в Фоллвью, взяли вещи и уехали в Форт-Онтарио, куда Чарли получил назначение. Черт возьми, как я старалась там! Весь первый год я была лучшей офицерской женой, которой когда-нибудь мог похвалиться любой другой лейтенант американской армии.