Эйдзи Ёсикава - Честь самурая

Хидэёси пролепетал в ответ нечто невнятное.

– Так что на самом деле удивляться следует не мне, а тебе.

– Я и впрямь удивлен, мой господин. Все-то вы знаете.

– Здешняя гора достаточно высока, чтобы с ее вершины обозревать десять провинций сразу. Но кое-кому о твоих проделках известно куда лучше, чем мне. Догадываешься, кто это?

– Вы выслали за мною ниндзя?

– Это твоя жена!

– Вы шутите! Мой господин, не кажется ли вам, что сегодня вы выпили несколько больше обычного?

– Может быть, я и пьян, но за свои слова ручаюсь. Конечно, твоя жена живет в Суномате, но не такая уж это глухомань. Во всяком случае, если ты думаешь, что она ничего не знает, то ты сильно ошибаешься.

– Ах, да что вы… Чувствую, я прибыл не вовремя. И сейчас, с вашего разрешения…

– Да брось ты. – Нобунага расхохотался. – Никто не попрекнет тебя тем, что ты гуляешь. Да и что дурного в том, чтобы время от времени полюбоваться цветущей сакурой? Но почему ты не возьмешь к себе Нэнэ, чтобы жить вместе?

– Да, верно.

– Ты ведь ее давненько не видел?

– Не докучала ли вам моя жена жалобами на меня? Письмами? Посещениями?

– Не беспокойся. Ничего подобного не было. Мне просто жаль ее. И не только ее. Женская доля такова, что приходится сидеть дома и дожидаться мужа, пока он воюет. И поэтому, как только у него появляется свободное время, он должен предпочесть пребывание с ней любым забавам. И доказать ей, что дожидалась она не зря.

– Как вам угодно, но…

– Ты что, не согласен?

– Не согласен. Уже несколько месяцев в стране царит мир, но я думаю только о войне – и о той, что закончилась, и о той, что еще предстоит.

– Ну, тебя, как всегда, не переспоришь! Опять пытаешься заморочить мне голову? Вот уж без этого можно было бы обойтись!

– Сдаюсь, мой господин. Слагаю свои знамена к вашим стопам.

Князь и его соратник рассмеялись. Через какое-то время они принялись за сакэ, а потом отослали Ранмару. И тут уже разговор перешел на тему настолько серьезную, что они невольно понизили голоса.

Нобунага настороженно спросил:

– Ну, и что происходит в столице? Конечно, мои гонцы постоянно ездят туда и сюда, но мне хотелось бы знать и твое впечатление.

Ответ, которого он добивался от Хидэёси, был напрямую связан с большими ожиданиями Нобунаги.

– Мы сидим слишком далеко друг от друга. Или вы, мой господин, придвиньтесь ко мне, или я к вам.

– Я придвинусь, – сказал Нобунага.

Он взял кувшинчик с сакэ и свою чашечку и пересел с почетного места.

– Задвинуть двери в соседние помещения, – распорядился князь.

Хидэёси, оказавшись теперь рядом с Нобунагой, начал:

– В столице все более или менее как обычно. За исключением того, что после отказа Сингэна от похода на Киото сёгун стал, кажется, еще более предприимчив. И его замыслы уже носят откровенно враждебный характер по отношению к вам, мой господин.

– Да уж, могу себе представить. Сингэн таки дошел до самой Микатагахары, а потом сёгуну пришлось узнать, что он повернул обратно.

– Сёгун Ёсиаки искусный политик. Он делает все для того, чтобы добиться народной любви, и вместе с тем не устает исподволь внушать людям страх перед вами. Конечно же он не упустил возможности обратить против вас предание огню и мечу горы Хиэй и подбивает на восстание другие секты.

– Незавидные у нас дела!

– Но особенно беспокоиться все же не о чем. Монахи-воины напуганы событиями на горе Хиэй и основательно подумают, прежде чем опять приняться за свое.

– Хосокава сейчас в столице. Ты с ним повидался?

– Князь Хосокава впал в немилость у императора и удалился в свое поместье.

– Ёсиаки принудил его к этому?

– Судя по всему, князь Хосокава полагает, что союз с вами принесет великую пользу сёгуну. Рискуя собственным положением, он несколько раз пытался убедить в этом Ёсиаки.

– Понятно, что Ёсиаки такого слушать не хочет.

– Более того. Он придерживается явно устаревшей веры в сёгунат и в незыблемость его могущества. В эпоху перемен великое потрясение создает пропасть между прошлым и будущим. Те, кто испытывает слепую и болезненную приверженность к прошлому и отказывается осознать, что мир меняется, почти все исчезают в ней без следа.

– А мы переживаем великое потрясение?

– На самом деле и впрямь произошло одно весьма многозначительное событие. Мне сообщили об этом, однако…

– Что еще за многозначительное событие? Выкладывай!

– Ну ладно. Об этом еще никто не знает, но, поскольку это собственными ушами слышал мой испытанный лазутчик Ватанабэ Тэндзо, мне кажется, надо отнестись к сообщению с определенным доверием.