Валентина Перельман - Сердце Льва

–

Только на грузинском! – приказал Леван. – Сейчас в Тбилиси переполох. Несчастье. Больницы, скорей всего, забиты ранеными. В онкологию вести её я не хочу. Лучше всего в хирургию. Михо, сколько до Зестафони?

–

Минут двадцать.

–

Хорошо. В Зестафони найди междугородный пункт. Позвоню доктору Гураму. Может, он что-то посоветует.

–

Прибавь звук, – попросила Ната. – Дай послушать.

Они ехали молча. Ловили каждое слово. И каждая

новая весть отзывалась в их сердцах болью, набатом беды била в мозги. В их прекрасном и добром городе, на их родном проспекте – кровь их близких. Катастрофа случилась без предупреждения. Это шок. Он поражает душу, лишает разума.

Миша остановил машину у обочины дороги и выскочил из кабины. Он обошёл машину. Присел на корточки возле заднего бампера, уткнулся лицом в ладони и задёргал плечами. Через минуту Михаил встал во весь рост. Расправил плечи, вытер лицо, высморкался и залез в кабину.

Леван сидел на своём месте с закрытыми глазами.

–

Швило! Гули мимдис*, – тихо сказала Има.

*Гули мимдис – сердце заходится (груз.).

Лев открыл глаза и повернулся к ней. Натали Арье сидела бледная и тяжело дышала.

–

Где вода? – Миша подал ему бутылку. – На, Имуля, попей. – Она сделала несколько глотков. Лев распахнул дверь машины. – Дыши!

Через несколько минут бледность сошла со щёк старой женщины, и они продолжили путь.

Из Зестафони Има сначала позвонила Нане и узнала, что среди пострадавших участников митинга нет их близких. Поговорили с доктором Гурамом. Он попросил перезвонить через час. Доктор обещал подумать и направить их в ближайшую больницу к хирургу, достойному доверия.

Мишка нашёл неплохой ресторан с домашней кухней. Здесь, кроме хинкали, шашлыков, лобио, сациви, харчо и других чисто грузинских блюд, подавали грибы и рыбу. Они заказали по порции всего, брали к себе на тарелки то, что хотели, – получилось замечательное многовкусие.

Леночка была в восторге от такого обеда. Она так и не поняла, почему все её спутники в подавленном состоянии.

–

Има, – обращалась девушка к своей спасительнице, – ты же утром была такой весёлой. Смотри, ты и ребятам настроение портишь своим пасмурным видом. Ты заболела?

–

Ничего, – старалась улыбнуться старая женщина, – мне немного нехорошо. Душа болит. Вот приеду домой – всё как рукой снимет.

Доктор Гурам ждал их звонка:

–

Вы сможете поехать в Кутаиси? – спросил он.

–

Да, – ответил Леван.

–

В городской больнице работает доктор Тамара Георгиевна Васадзе. Эта молодая женщина – прекрасный хирург и великолепный онколог. Она блестящий диагност. Я часто направляю к ней пациентов с сомнительными диагнозами. За несколько лет своей работы она ни разу не ошиблась. Я ей уже позвонил. Ждёт Вас с нетерпением. Леванчик, ты получишь удовольствие от общения с ней. Верьте ей! Она способна понять тебя и правильно оценить ситуацию. Честно говоря, я даже рад, что на этом этапе именно она будет с вами. В субботу постараюсь подъехать сам. Мне тоже интересно.

–

Спасибо, дорогой доктор! Будьте здоровы! До встречи!

Мишка развернул машину, и они поехали той же

дорогой, только уже назад, в Кутаиси.

Доктор Васадзе показалась им эталоном женской грузинской красоты. Именно такой представляется грузинская княжна или сказочная фея. Овальное лицо под густой чёрной копной волос мгновенно привлекает взгляд. Тонкий, чуть c горбинкой нос разделяет пару огромных глаз лани с длиннющими ресницами и томным взглядом. А чётко очерченный рот и раздвоенный подбородок придают лицу ощущение строгости. Так впервые взору Льва представилось лицо, воплотившее понятие «строгой красоты».

–

Калбатоно Тамар! – начал Леван, почувствовав, что пауза затянулась. – Я Леван. Господин Гурам сказал, что разговаривал с Вами.

–

Да. Жду вас, никак не дождусь. Где Ваша больная?

–

Леночка! – обернувшись в коридор, позвал Лев. Он распахнул дверь и пропустил входящую. – Вот наша Леночка.

Тамара Георгиевна смотрела на девочку, на её перебинтованную ногу, на цветущее и радостное лицо смиренной праведницы и… растерялась. Ей говорили о саркоме в последней стадии, о невероятных улучшениях в состоянии здоровья больной именно саркомой. Но перед ней стояла здоровая цветущая девушка с перебинтованной ногой. При таком внешнем виде под бинтом может быть только чирей или рана, но никак не саркома.

–

Прилягте на кушетку, – кивнула доктор. – Садись, Леван. Рассказывай!