–
Опухоль станет доброкачественной.
–
И её можно будет удалить? – начала соображать Натали.
–
Не знаю. Наверное. Но злокачественная ткань стала гнить, вместо того чтобы расти. А значит, лечить рак уже не надо. Его и так не станет, сгниёт.
–
А что тогда делать?
–
Надо звать доктора Гогитидзе. Это уже дело классической хирургии. Пусть делают всё, что нужно, лишь бы не допустить гниение здоровой ткани и заражения крови.
–
Дай стул, – сказала старая женщина и облокотилась на стоявшего рядом Мишу. Иму трясло от рыданий. Она дрожала всем телом.
–
Я это увидела! Я это увидела, – повторяла она, опускаясь на принесённый стул, – я увидела чудо своими глазами! – плакала и радовалась женщина.
–
Има! Тебе дать валерьянку? – она мотала головой и рыдала. – У-у-ф! Имуля, родная, остановись, – уговаривал Лев, выливая полфлакона валерианы в стакан с водой. – Пей! – приказал он.
С помощью Мишки Льву удалось влить в дрожащие губы крёстной успокоительный раствор. Има постепенно успокоилась и обмякла, как это всегда бывает после эмоционального стресса. Ребята уложили её в кровать. Лев сделал перевязку Леночке. Они помолилась вместе и, пожелав девушке спокойной ночи, Леван и Миша вышли из спальни. Иму уже сморил сон.
Они посидели немного на балконе. Обсудили ситуацию и договорились, что завтра поедут в Тбилиси. Следующую часть лечения нужно провести в хорошем отделении хирургии, решили они.
Было ещё темно, когда Мишка разбудил Льва.
–
Где живёт этот Авто?
–
Который час? – спросил ещё сонный Лев.
–
Кажется, три. Где живёт Автандил? – настойчиво повторил Мишка.
–
Напротив, через дорогу.
–
Пошли.
-
Рехнулся? В три ночи. Кто по ночам в гости ходит, – ворчал Лев, вставая. – Что случилось?
–
Я сейчас во сне видел, что у него колесо держится на одной гайке. Поедет, – не вернётся. Это у него колесо стучит.
У Левана вмиг прошла сонливость. Ребята оделись и пошли к Джохадзе. Их облаяли все собаки деревни. Их обругала Гулико, жена Автандила. На них поворчал разбуженный водитель злополучного грузовика. Но свою задачу они выполнили: вдолбили в сонное сознание Автандила, что ехать нельзя, не проверив крепления колёс. Он неохотно сказал:
–
Хорошо. Спасибо! Я понял.
Они пожелали ему удачи и вернулись домой.
На обратном пути Миша рассказал подробнее:
–
Ремонтники старались быстро сдать машину и не зажали болты заднего левого колеса. Мне это приснилось, но так отчётливо, как будто я лежал под грузовиком. Как он ездил эти дни? Колесо могло слететь. А на наших серпантинах – это явная смерть.
К десяти часам сборы были закончены. Расселись в отдохнувший и обновлённый BMW, выехали со двора. Лев пошёл запирать ворота.
Из-за поворота выехал зелёный грузовик и остановился возле Мишки.
–
Стойте, ребята! – закричал Автандил, спрыгивая из кабины на землю. – Вы куда?
–
В Тбилиси, – ответил Миша
–
Нет! – воскликнул Авто. – Никуда вы не поедете. Сегодня у меня день рождения, и вы мои самые дорогие гости!
–
Хорошо, хорошо! – успокоил его Леван.
–
Вы мне жизнь подарили! Я сегодня снова родился.
–
Рассказывай, – строго сказал Лев.
–
Утром пошёл в парк. Подошёл к машине. Осматриваю колёса. На левом колесе нет трёх болтов. Меня пот прошиб. Если бы я поехал! А? На повороте. На спуске. Представляешь! А я ведь вам не поверил. Спасибо! Вы мне жизнь подарили.
–
Слава Богу! Молодец, Михо! Ты понимаешь, что произошло? – Лев весело подмигнул Михаилу.
–
Вовремя сон приснился.
-
Нет. В результате духовного тренажа у тебя развилось ясновидение, во всяком случае в том, в чём ты профессионал. Это действительно левое колесо, и на нём осталась всего одна гайка. Это не сон, а настоящее ясновидение. Сон обычно намекает на событие. Часто во сне люди видят не само событие, а неконкретное указание на него. Бывает, что видят аллегорию. Ты же видел конкретный грузовик, конкретное колесо и конкретное состояние. Это ясновидение. Я тебя поздравляю! Ты меня поразил. Молодец!
Они проехали перевал и в блестящем настроении покатили по шоссе к Зестафони. Мишка включил радио. То, что они услышали, поразило их, как гром среди ясного неба: в Тбилиси войска разогнали мирную демонстрацию, в результате чего погибло много людей, сотни раненых, отравленных газом ещё не всех выявили.
–
Вай мэ, швило! – воскликнула Има, прижимая к себе лежащую у неё на коленях головку Леночки. – Несчастье в нашем доме!
Читать дальше