Александр Круглов - Клянусь!

— Александр Георгиевич, сколько мы сообща уже боремся? Неужто и перед вами мне еще клятву держать?

— Почему передо мной? Перед всеми! — парировал я. — И на митинге тоже можешь поклясться, не помешает… Вы же не просто за возвращение Крыма в Россию. Вам же обязательно самостоятельное государство Крым подавай.

— Да… Но обязательно в содружестве, — уточнил Юрий Мешков, — с другими независимыми государствами — бывшими республиками СССР.

— Вот, вот, именно так. И этот, — кивнул я в сторону Межака. — У него, у Народной партии тоже какие-то свои выверты. Этому с самостийной и незалежной конфедерацию обязательно подавай. А вот мне, нам, Российскому народному вече Севастополя, простым россиянам, нам всё это побоку. Мы как были областью, одной из неотъемлемых частей России, так Крымской областью и хотим оставаться. И ничего лучшего нам больше не надо.

— А я за что стою? За что я-то борюсь? — слегка заводясь уже, спросил Юрий Мешков. — Так что, пожалуйста, — и, как и в начале встречи, будучи немного виноватым перед нами за часовое опоздание, он опять смущенно заулыбался, не очень уверенно положил растопыренную ладонь на грудь и протянул: — Мы же все заодно, Александр Георгиевич, какие ещё могут быть клятвы? Вот я весь перед вами. Сколько лет уже вместе!

— Это не клятва, — перестав на миг строчить протокол, шепнула мне на ухо Алла Николаевна.

Застыл в ожидании, уставясь на Мешкова, и Гений Георгиевич.

Я промолчал, не стал наседать: неужто можно сфальшивить в такую минуту?

На главной площади города собралось митингующих тысяч двадцать, двадцать пять. Для полумиллионного Севастополя вполне показательно. Кроме Российского народного вече, в проведении митинга приняли участие чуть ли не все движения и партии Крыма. Трибуной стал грузовой «ЗИЛ» с откинутыми бортами, стоящий почти вплотную к Графской пристани. И таким образом, кроме собравшихся, участниками митинга невольно становились на какое-то время и пассажиры всех городских катеров, и колёсного транспорта, и пешеходы прилегавших к площади улиц.

Моё заявление о том, что я снимаю свою кандидатуру и прошу своих сторонников голосовать за Мешкова, что с этой минуты я становлюсь его помощником и доверенным лицом, было встречено восторженным рёвом. Как хочешь, так и понимай: то ли самоотверженность мою оценили, то ли бросали мне прямо в лицо: мол, туда же, с кувшинным рылом да в калашный ряд захотел. Хорошо хоть, одумался вовремя.

Страстно выступил Юрий Мешков. Поблагодарил меня за решительный шаг.

— Мы, — заверил он, — вышвырнем украинских оккупантов с нашего русского полуострова.

Виктор Межак на этом митинге своей кандидатуры так и не снял. Хотелось ещё покрасоваться в роли потенциального президента Автономной Республики Крым. Но в конце концов сделал всё-таки это и он. И голоса его избирателей тоже пошли за Мешкова. И теперь уже мы вдвоём как доверенные лица кандидата в президенты Юрия Мешкова почти ежедневно, бывало, и по ночам, без всякой охраны, порой нарываясь на угрозы и провокации, сопровождали Юрия Александровича на встречи с избирателями по всему полуострову. Поступи так же и Сергей Шувайников, стал бы Юрий Мешков президентом в первом же туре. А так пришлось во втором схлестнуться ещё и с Багровым.

Последняя — один на один — встреча на телевизионных экранах этих двух претендентов на высший государственный пост Автономной Республики Крым превратилась в торжество русских, россиян — всех крымских патриотов России. Боксёрская хватка, адвокатский опыт, его красноречие, артистизм и изощрённость, а также хлестаковская, русская залихватость «была ни была» просто опрокинули всю прежнюю привычную фундаментальность и стройность позиции бывшего партноменклатурщика, ныне отступника, своего человека в Израиле — Николая Багрова. Он просто растерялся перед лицом такого яростного патриотического натиска, порой откровенных издёвок, так что только перья летели с него. Леониду Грачу, считай, повезло, что в те дни крутого противостояния в Крыму всего русского и нерусского, российского и нероссийского ему не довелось оказаться на месте Багрова. А то бы Мешков, как курчонка, пообщипал бы как следует и Грача.

Итак, новый важный шаг к крымскому Приднестровью был сделан. Не вышло с адмиралом, с командующим Черноморским флотом, попробуем с президентом. Мы, считал я, и выбираем его как раз для таких решительных дел.

Но уже через день после своего избрания Мешков на вопросы журналистки Татьяны Коробовой ответил: