Артур Рэнсом - Ласточки и амазонки

– Точно не хочу.

– Отлично. Заходи в дом, поздоровайся с Викки и выпей чаю.

***

Как только коричневый парус «Ласточки» скрылся за Дозорной высотой на северной оконечности острова, матрос Титти и юнга Роджер покинули бухту Первой Высадки и направились в гавань.

– Разве здесь можно говорить по секрету? – удивился юнга.

– Любое место подходит для того, чтобы там говорить по секрету, – отозвалась Титти. – И вообще, мы залезем на мою скалу, с которой я видела птицу – она кланялась и летала под водой.

– А эта птица там будет?

– Я не знаю. Может, и будет.

– Тогда при ней нельзя будет рассказывать секреты.

– Можно. Птица не считается – она ведь никому не сможет проболтаться.

На всем острове нет никого, кроме нас и боцмана, а боцман пришивает пуговицы. Сколько пуговиц ей нужно пришить?

– Целую кучу, – фыркнул юнга. – По одной на каждый рукав, а потом все остальные – они отлетели, когда я пытался надеть обе рубашки одновременно.

– Значит, она будет возиться долго, – подвела итог матрос. – Так что гавань может считаться таким же подходящим местом для секретного разговора, как и любое другое. Идем на скалу. Снимай сандалии и носки.

Они разулись и оставили обувь на берегу, а потом босиком побрели по мелководью к большой скале, ограждавшей гавань слева. Забравшись на скалу, матрос и юнга уселись на камень, свесили ноги и принялись любоваться блестящей рябью на озерной воде.

– Здесь нас может увидеть кто угодно, – заметил юнга.

– Зато никто не может подслушать, – возразила матрос.

– Так про что этот план? – поинтересовался Роджер.

– Про сокровище, – ответила Титти. – Только ты должен пообещать, что возьмешься за это дело вдвоем со мной…

– И никого больше?

– И никого больше.

– Даже Сьюзен.

– Никого. Мы поплывем на необитаемый остров – по-настоящему необитаемый остров, а не на этот – и выкопаем там сокровище, зарытое пиратами. Мы долго не сможем его найти – так всегда бывает. Но потом, наконец, удар наших кирок станет отдаваться гулким эхом, и на песок вывалятся сотни золотых пиастров.

– И где же этот остров?

– Ты еще не пообещал, что поедешь со мной. Искатели сокровищ говорят о таком только друг другу. Если я скажу тебе, а ты не пообещаешь молчать, ты можешь пойти и рассказать об этом пирату или кому-нибудь еще.

– Я не расскажу.

– Ну, так ты поедешь?

– Хорошо, – согласился юнга.

– Нет, ты поклянись. Если делать все как полагается, то мы должны были бы написать клятву на бумаге и ты должен был бы подписаться собственной кровью. Ты не побоишься проколоть палец?

– Не побоюсь, – решительно заявил Роджер.

– Ты пообещаешь пойти со мной?

– Да.

– Тогда наклонись немного вот сюда. Согнись еще немного, чтобы можно было заглянуть вон под ту ветвь. Вон тот остров.

– Но это же Бакланий остров!

– Это и Остров Сокровищ тоже.

– Откуда ты знаешь?

– Я слышала, как пираты зарывали там свои сокровища прошлой ночью, когда я была на «Амазонке».

– Настоящие пираты?

– Конечно, настоящие. Они ругались прямо по-страшному.

– И сокровище тоже настоящее?

– Конечно, настоящее. Я слышала, как они сказали, что оно очень тяжелое.

– И как же мы его унесем, если оно такое тяжелое.

– По частям. Там могут быть золотые слитки. А еще там должна быть куча золотых пиастров, гиней и всего такого. И драгоценные камни. Алмазы. Мы будем уносить их понемногу за один раз.

Юнга внимательно слушал, как матрос излагает ему все, что ей было известно о сокровищах, зарытых на островах. Она рассказывала, как пираты захватывают корабли и забирают с них сокровища, которые эти корабли перевозят, а потом заставляют экипаж захваченного корабля прогуляться по доске за борт на корм акулам. А потом пираты отправляют на дно захваченный корабль и отправляются захватывать следующий, чтобы точно так же разграбить и утопить его. Еще Титти рассказала, что когда на пиратском корабле скапливается столько сокровищ, что не остается места для того, чтобы плясать на палубах, а в каютах негде лечь спать, потому что все завалено золотом и камнями, то пираты плывут к какому-нибудь острову и зарывают сокровище в укромном месте. Матрос с горящими глазами повествовала, как пираты рисуют карты, чтобы потом можно было вернуться и выкопать сокровища – это когда пираты устанут грабить и захотят уйти на покой и поселиться в домике на берегу, чтобы можно было проводить дни, глядя на море в подзорную трубу и вспоминая о кровавых сражениях минувших дней. («А еще они могут жить на барже, как капитан Флинт», – вставил Роджер.) Титти поведала юнге, что пираты всегда или почти всегда теряют карты, а искатели сокровищ («то есть ты и я») иногда находят сокровище, забытое пиратами. Она сказала, что пираты часто сражаются друг с другом, пока не останется никого, и тогда уже никто не знает, где зарыто сокровище. («Но мы знаем, потому что я слышала, как они зарывали его там».) Титти все еще продолжала рассказывать, когда они услышали, как Сьюзен, оставшаяся в лагере, зовет их. Матрос и юнга перебрели обратно на берег, обулись и побежали в лагерь пить чай.